Млечный Путь
Сверхновый литературный журнал


    Главная

    Архив

    Авторы

    Приложения

    Редакция

    Кабинет

    Издательство

    Магазин

    Журнал


    Стратегия

    Правила

    Уголек

    Конкурсы

    FAQ

    ЖЖ

    Рассылка

    Озон

    Приятели

    Каталог

    Контакты

    Конкурс 1

    Аншлаг

    Польза

Рейтинг@Mail.ru

123



Демиан  Черный

ШАГ

    Я - лишь рисунок, сделанный пером на лоскуте пергамента, я брошен в огонь и корчусь.
     (В.Шекспир)


    Он стоял над темнотой и смотрел в ночь, которую ничего не нарушало. Волосы трепал легкий ветерок. Ноги были на самом краю, свисая над пропастью. Несколько бетонных крошек сорвалось вниз.
     - Чего я жду? Что держит меня? – спрашивал он пустоту. Спрашивал себя, ночь – на Бога он уже не надеялся. Спрашивал и не находил ответа; то, за что можно было бы ухватится, как за карниз, с которого срываешься.
     - Что успел сделать я? Что создать?
     Из памяти всплыли воспоминания, но он не увидел в них ничего яркого. Лишь тусклые, черно-белые обрывки…
     - Что останется после меня? Что будет после того, как я умру? Ведь я умру… Сейчас или потом… Это решено за меня…
     Ничего не останется… Лишь ничтожные попытки найти себя да мелкие радости…
     А лишения, что приносил я не только себе, но и родителям, друзьям даже соседям…
     НЕТ! Ничего меня здесь не держит.
     Глаза поднялись к небу. Из приоткрытого рта пошел пар, но ветер сразу унес его, потрепал ниспадающие на лоб волосы и исчез.
     - Боже! Останови меня! Хоть ты скажи мне, что творю… Я потерял все в этом мире – подари хоть что-то; подари то, что удержит меня здесь!..
     Тишина… Лишь ветер жалобно взвыл в ночи… Где-то ударило железо…
     - БОГ!!! – закричал он, подняв руки к небу. Безумные глаза наполнила злость. Злость и отчаяние – все, что осталось.
     Он опустил руки и склонил голову. Высота под ногами манила.
     - Молчишь? – тихо произнес он, - Тогда я к тебе…
     И шагнул в пустоту…
     Стало легко и вовсе не страшно – страшно делать шаг.
     В голове сразу прояснилось. Тело сделалось легким и пластичным. Но двигаться не хотелось. Хотелось только смотреть на землю, которая безумно быстро двигалась навстречу.
     В окне, мимо которого он пролетал, зажегся свет: женщина ходила по кухне с младенцем на руках. Видимо, ребенок не хотел спать – резались зубки или вздуло животик.
     Ветер ударил в лицо прядью волос.
     «Боже! Что я делаю? Зачем?
     Я готов смирится. Готов! Я буду терпеть все! ВСЕ! Я хочу жить! Я буду жи…»
    
     Утром старушка с тросточкой нашла его около подъезда – на скамейке, а частично на асфальте. Приехала скорая, милиция. Собрались соседи и проходившие мимо люди; женщины запричитали и начали перешептываться.
     На нем не было даже майки – только штаны.
     Возможно, это слухи, но, говорят, в кармане нашли записку. В ней было написано: «Я не могу больше жить среди Вас, людей…»