Млечный Путь
Сверхновый литературный журнал


    Главная

    Архив

    Авторы

    Приложения

    Редакция

    Кабинет

    Издательство

    Магазин

    Журнал


    Стратегия

    Правила

    Уголек

    Конкурсы

    FAQ

    ЖЖ

    Рассылка

    Озон

    Приятели

    Каталог

    Контакты

    Конкурс 1

    Аншлаг

    Польза

Рейтинг@Mail.ru

123



Владислав  Русанов

ОСКОЛКИ

    


     "Ш'аа (ст. гобл.) - птица отряда голенастых
     (вероятно);
размер неизвестен, окраска

     (предположительно) серовато-бурая; со слов

     Истрика из Турке, крик птицы Ш'аа имеет

     свойство непостижимым образом изменять

     мироздание в округе (сведения не проверены)..."
     Стейн Норвик, магистр естествознания,

     бакалавр прикладной магии, д. ч. КАН Уольма
    


    

    
Ухнуло...


    
Агрых сплюнул через дырку между кривыми резцами, растер слюну зеленоватой пяткой.
    
- Кружку горлодера!
    
Неторопливо окинув посетителя взглядом, Харк зачерпнул коричневое пойло из объемистой бочки.
    
- Шесть ракушек.
    
- Вчера было пять! - возмутился Агрых, оборачиваясь в поисках поддержки к немногочисленным приятелям.
    
Грууг и Кранг уткнулись носами в кружки с выпивкой. Брыг увлеченно давил пальцами мокриц, в панике разбегающихся по осклизлой столешнице. Старый Ыыбра блаженно щурился и кивал, не прекращая быстрыми и точными, въевшимися в плоть и кровь за шесть десятков лет, движениями плести сеть. В последние годы старик окончательно ослеп и не мог рыбачить, а потому зарабатывал на жизнь изготовлением и продажей снасти.
    
Отсутствие поддержки взбеленило Агрыха пуще мухоморовой настойки.
    
- К болотному деду твое пойло!
    
Деревянная кружка гулко врезалась в стену едва не задев ухо привычно отклонившегося Харка.
    
- Сам напросился, - трактирщик запустил руку под стойку, выуживая устрашающего вида шипастую дубинку.
    
С трудом различая окружающее сквозь багровую пелену ярости, молодой рыбак вскинул острогу...
    


    
Ухнуло...
    


    
- Кружку горлодера!
    
Неторопливо окинув посетителя взглядом, Харк зачерпнул из объемистой бочки коричневатое пойло.
    
- Шесть ракушек.
    
Агрых оглянулся. Брыг смачно разгрыз хитиновую скорлупку мокрицы, сплюнул шелуху на стол. Грууг показал глазами на увесистую связку вяленных лягушачьих окорочков - мол, сколько тебя ждать?
    
- Болотный дед с тобой, - рыбак запустил руку под юбку, в потайной карман, высокомерно швырнул кругляшки, отливающие перламутром, на стойку.
    
Подсел к друзьям.
    
- Чего так долго? - Кранг почесал щеку, случайно зацепил вставленную в нос косточку и скривился.
    
- Что, болит? - ухмыльнулся подпиленными зубами Агрых. - Вот словлю болотного дракона, продам и себе так сделаю...
    
- Ага! Словил тут один. Живее он тебя словит, - буркнул Кранг. Уступать первенство по красоте среди поселковой молодежи он не собирался никому, даже другу. - Где шарился, говорю?
    
- А! - отмахнулся Агрых. - Водил тут одного на дальнюю топь.
    
- Червякам служишь? - презрительно ухмыльнулся Кранг.
    
- Разговорчики! - живо прикрикнул на него пузатый Брыг. - Гляди, стража заявится. Будете за оскорбления людей полгода тину черпать!
    
- Что? Стража? Да идут они все!!! - взъерепенился Кранг.
    
Дверь скрипнула, отворяясь.
    
Трое внушительного вида гоблинов в юбках и жилетках из сомьей кожи вошли в трактир.
    
- Это не я, это они! - немедленно отреагировал Брыг, тыча кривым пальцем в друзей. - Это не я!
    
- Ай-яй-яй, - покачал головой Угруг, старший патруля. - Оскорблять наших благодетелей... так, встали, руки за спину...
    
С грохотом покатились опрокинутые табуретки...
    


    
Ухнуло...
    


    
Дверь скрипнула, отворяясь.
    
Трое внушительного вида гоблинов в юбках и жилетках из сомьей кожи вошли в трактир.
    
- Это они! - немедленно отреагировал Брыг, тыча кривым пальцем в друзей. - Это не я!
    
- Ай-яй-яй, - покачал головой Угруг, старший патруля. - Доколе? Доколе ты, жабья икра, стучать на всех будешь?
    
Устало опустился на грубо сколоченный табурет:
    
- Полкружки мухоморовой!
    
- А можно... - жалобно сморщил татуированную губу его напарник.
    
- А вы - на службе, - сказал, как отрезал, Угруг.
    
Одним махом опрокинул в горло огненное зелье. Крякнул. Зажевал горсткой соленых головастиков. Повернул тяжелую голову к рыбакам:
    
- Так кого куда ты водил?
    
- А, заявился тут один из самого Уольма, - с трудом выговорил непривычное название Агрых. - С грамоткой к Хранителю Погоды. Тот меня ему в помощники определил.
    
- Слыхал, - покивал стражник. - Слыхал. Ищет все, ищет...
    
- Птицу Ш'аа хотит словить, - развел руками Агрых.
    
- Он че, о корягу пришибленный? - поразился Кранг. - Энто ж басня.
    
- Сам ты - "басня", - насупился молчаливый Грууг. - Мой дед ее слыхал...
    
- Брехло твой дед был!
    
- Ты это легчей! - Грууг сжал кулаки - каждый с доброе грузило для перемета. - Они с Ыырбом разом... Эй, старый! Брехал мой дед?
    
Семь пар глаз уставились на старого гоблина.
    
Ыырб растянул черные губы в беззубой улыбке и вдруг завалился навзничь, опрокидывая табурет. Босые потрескавшиеся пятки заскребли земляной пол.
    
- Э, Ыырб, ты че? - всполошился Брыг.
    
Старик хрипел, выгнувшись дугой. Желтоватые белки закатившихся глаз впились в жердины стрехи.
    
- Кончается, - наклонился над корчащимся телом Угруг.
    
- С ним бывало, - почесал подмышку Агрых. - Грит, как по башке шестопером получил...
    
Лапищи стражника цепко обхватили плешивый, покрытый старческими пятнами череп. Крутанули.
    
- Да примет Хозяин Великой Рыбалки старого Ыырба...
    


    
Ухнуло...
    


    
Старик хрипел, выгнувшись дугой. Желтоватые белки закатившихся глаз впились в жердины стрехи.
    
- Кончается, - наклонился над корчащимся телом Угруг.
    
- С ним бывало, - почесал подмышку Агрых. - Грит, как по башке шестопером получил...
    
Лапищи стражника цепко обхватили плешивый, покрытый старческими пятнами череп.
    
- Э, погодь, - Грууг поднялся из-за стола. - Ыырб моему деду жизнь спас. Может, чего помочь можно?
    
- Валите отсюда, помощнички! - махнул рукой Харк. - Кабы они не бунтовали, нам легше жилось бы!
    
- Тьфу ты, - сплюнул татуированный стражник. - Тьфу ты, жабья икра...
    
- Заткнулся бы ты, Харк, а? - Угруг осторожно просунул ладонь под узкий затылок больного, смягчая удары о землю.
    
Агрых осторожно, тонкой струйкой, полил горлодер в провал ыырбового рта. Старик забулькал, закашлялся.
    
- Гляди! Помогает! - подпрыгнул Кранг, звучно ляская себя по бедрам.
    
- Лей, парень, лей, - одобрительно кивнул Угруг.
    
Ыырб дернулся еще раз и обмяк, тяжело дыша. Тощая грудь бурно вздымалась, со свистом втягивая сырой воздух трактира.
    
- Нешто к шаману свести его...
    
- У шамана один сказ, - нахмурился Грууг. - Сам себя не кормит - в омут. Болотного деда умасливать.
    
- Порядок есть порядок! - возмутился трактирщик. - Вы че, кривозубые, законы пращуров нарушать удумали?
    
- Лады, - кивнул Угруг. - К шаману, так к шаману...
    


    
Ухнуло...
    


    
Ыырб дернулся еще раз и обмяк, тяжело дыша. Тощая грудь бурно вздымалась, со свистом втягивая сырой воздух трактира.
    
- Нешто к шаману свести его...
    
- У шамана один сказ, - нахмурился Грууг. - Сам себя не кормит - в омут. Болотного деда умасливать.
    
- Пущай у меня поваляется, - махнул Харк на беспорядочную кучу рыбьих кож. - Оклемается, домой пойдет.
    
Угруг и Кранг подхватили невесомое тело за руки, за ноги. Засеменили бочком в угол.
    
- Дед мой говорил, - пробормотал себе под нос Грууг. - В давешнее время шаманы были... Так то ж шаманы! Из Страны Великой Рыбалки воинов вытягивали.
    
- Да, паря. Твоя правда, - поддакнул татуированный.
    
- Были и мы воинами, - глядя в пол проговорил третий стражник - седой, со шрамом на правой щеке то ли от зубов парарибы, то ли от копейного удара. - Люди из нас сделали тухлых ракоедов.
    
Брыг застонал и зажал уши руками, чтобы не слышать крамольных слов.
    
Вернулся Угруг. Поправил перевязь с костяной дубинкой.
    
- Полегчало ему.
    
Потом махнул рукой:
    
- А, к болотному деду такую жизнь! Все едино помрет.
    
Грууг поднял кружку:
    
- Ну, чтоб в краю предков поймал Ыырб вот такую рыбу!
    
Все выпили молча. Даже Брыг...
    


    
Ухнуло...
    


    
Вернулся Угруг. Поправил перевязь с костяной дубинкой.
    
- Полегчало ему.
    
Потом махнул рукой:
    
- А, к болотному деду такую жизнь! Все едино помрет.
    
Агрых хлопнул себя по лбу:
    
- Во! Человек!
    
- Ты че? - уставились на него Грууг и стражники.
    
- Че червяка поминать-то? - скривился, как прелый корень кувшинки раскусил, Кранг.
    
- Я тебе! Поговори тут! - скорее оп привычке, чем по необходимости прикрикнул на него Угруг.
    
- Этот, как его... - молодой рыбак мучительно вспоминал. - Стрыг... Нет, Сздрык... Нет, Издрыг вроде...
    
- Да не томи. Тянешь кровь, ровно пиявка, - возмутился татуированный.
    
- Точно Издрыг. Он, кады за мной по плавням таскался, трепал языком, будто лекарь.
    
- Да ну?
    
- Долбану! Я кумекаю, может ему поклониться?
    
- Тю, - наморщил проколотый нос Кранг. - Червяку кланяться?
    
- Заткнись, сказал! - гыркнул старший стражник, а потом добавил. - Он же человечий лекарь...
    
- И то верно, - вздохнул Грууг. - Не сдюжит. Не та башка у Ыырба. Не та хворь.
    
- Ну и топляк ему в задницу, - махнул рукой Агрых. - Помрет старый...
    


    
Ухнуло...
    


    
- Точно Издрыг. Он, кады за мной по плавням таскался, трепал языкам, будто лекарь.
    
- Да ну?
    
- Долбану! Я кумекаю, може ему поклониться?
    
- Тю, - наморщил проколотый нос Кранг. - Червяку кланяться?
    
- Заткнись, сказал! - гыркнул старший стражник, а потом добавил. - Он же человечий лекарь...
    
- Сдюжит ли? - Грууг наклонился, почесал щиколотку.
    
- А че не сдюжить? - ухмыльнулся шрамолицый. - И черепок, и что в черепке не здорово разнятся...
    
- А ты видал? - буркнул Харк.
    
- А то, - осклабился стражник, но под хмурым взглядом командира вернул себе невозмутимое выражение.
    
- Так я сгоняю?! - обрадовался Агрых.
    
- А че? Хужей не выйдет. Валяй, - пожал плечами Угруг.
    
Когда за рыбаком захлопнулась дверь, Харк, ворча, полез за стойку.
    
- Мухоморовой, - щелкнул ракушками по дереву Грууг.
    
- Молодой ишо, - вяло отмахнулся трактирщик.
    
- Тогда горлодера, - поник парень.
    
- Ладно тебе, - Угруг скинул с плеч жилетку, повесил на гвоздь. - Налей молодому... Я отвечаю. И мне плесни.
    
- А можно... - слабо попытался напомнить о своем присутствии татуированный.
    
- А вы - на службе!
    
Стражники обиженно засопели.
    
- А! Болотный дед с вами! - от удара кулака Угруга стол слегка присел и, вроде бы, поежился. - Наливай всем! Я плачу!
    
- А! - Харк ковшиком зачерпнул из жбана поменьше, черного от времени и обросшего желтовато-зеленой плесенью. - Болотный дед с твоими ракушками! Спрячь! Угощаю!
    
Одним ловким движением разлил по глиняным чаркам. Подумал и плеснул себе чуть-чуть.
    
- Ну, чтоб Ыырбу свезло!
    
Гоблины выпили. Покряхтели.
    
Некоторое время молча жевали: кто сушеную плотвичку, кто подсоленного головастика. Брыг ловко щелкал извлекаемых из горсти сухих бокоплавов и складывал прозрачные скорлупки горкой на столе.
    
Ыырб тихонько постанывал на вонючем ложе.
    
- Чей-то долго, - выразил всеобщее мнение Кранг.
    
- А то, - кивнул Угруг. - Это тебе не стопку мухоморовой тяпнуть. Терпи.
    
Никто не возражал. Терпели.
    
Харк принялся споласкивать протирать миски и кружки, выставляя их на подвешенную за стойкой длинную полку. Татуированный выковыривал затвердевшую грязь между пальцев правой ноги. Шрамолицый зевнул разок, другой и задремал, оперев щеку о сгиб локтя.
    


    
Ухнуло... Ухнуло! Ухнуло!!!
    


    
Харк принялся споласкивать протирать миски и кружки, выставляя их на подвешенную за стойкой длинную полку. Татуированный выковыривал грязь между пальцев правой ноги. Шрамолицый зевнул разок, другой и задремал, оперев щеку о сгиб локтя.
    
Створка двери, распахнутая пинком, с грохотом врезалась в стену. Так, что посыпалась отсыревшая штукатурка, взлетел седыми клочьями законопаченный в щели мох.
    
Стражники вскочили, хватаясь за дубинки.
    
Запыхавшийся Агрых вбежал, развернулся лицом к дышащему сыростью проему, отвесил положенный поклон - руки на коленях, спина согнута крючком.
    
- Сюда, владыка Издрыг, сюда...
    
Вошедший человек был белокож и светловолос. Дождевой червь дождевым червем по меркам гоблинского народа. Но старшее поколение еще помнило, как страшен бывает таранный удар конной лавы этих тонких в кости, бледных созданий, как прошивают самый лучший доспех дубленой кожи с костяными накладками стальные наконечники стрел, как вскипает туман и огнем вспыхивает промозглая утренняя дымка, повинуясь заклинаниям чародеев-людей.
    
- Что там у тебя, показывай...
    
Человек придирчиво оглядел предложенный засуетившимся Харком табурет и остался стоять.
    
- Сюда, владыка, сюда, - звал Агрых из дальнего угла. - Ыырб здесь...
    
- Дозвольте присветить, - Угруг сграбастал плошку с рыбьим жиром и пошел впереди лекаря.
    
Старику уже полегчало настолько, что он пробовал привстать, впотьмах ощупывая непривычное ложе - в своей лачуге бывший рыбак спал на голом топчане.
    
- Он грит, как по башке получил, так и прихватывает... - начал было трактирщик, но человек ожег его взглядом, как хлыстом.
    
- Знаю!
    
Пальцы с ухоженными ногтями пробежали по бугристому, лишенному остатков волос черепу.
    
- А? Кто тут? - слабо удивился Ыырб.
    
- Молчи, старый, молчи, - Угруг ободряюще похлопал по костлявому плечу. - Тебе ж пособить хочут.
    
- Как он, владыка Издрыг? - пританцовывая от нетерпения вполголоса спросил Агрых.
    
- Истрик! Сколько говорить можно? - отмахнулся человек. - Косноязыкие...
    
Помолчал немного, то сжимая, то надавливая тонкими умными пальцами.
    
Выпрямился. Спросил удивленно:
    
- Как же он жил все это время?
    
Харк пожал плечами:
    
- Как жил? Да как все... Он с войны вроде как пришибленный вернулся. Рыбачил, пока не ослеп...
    
- Я не про то, - в голосе Истрика сквозило раздражение тупостью собеседников. - У него череп расколотый. Осколок на мозг давит. Небольшой. Вершок в длину, в ширину - полногтя.
    
- Оно ясно - шестопером-то по башке... - звенящим шепотом произнес кто-то сзади. Или татуированный, или шрамолицый.
    
- Владыка Истрыг, - мрачно роняя слова произнес Угруг. - Спасти его можно али нет?
    
- Попытаться можно, - неуверенно отвечал человек. - Разрез так, потом так, потом...
    
Руки его ходили в такт со словами, словно уже оперировали больного.
    
- Хотя, пожалуй, нет. Не буду. Очень надо - руки марать...
    


    
Ухнуло...
    


    
- Оно ясно - шестопером-то по башке... - звенящим шепотом произнес кто-то сзади. Или татуированный, или шрамолицый.
    
- Владыка Истрыг, - мрачно роняя слова произнес Угруг. - Спасти его можно али нет?
    
- Попытаться можно, - неуверенно отвечал человек. - Разрез так, потом так, потом...
    
Руки его ходили в такт со словами, словно уже оперировали больного.
    
- Даже любопытно. До сей поры мне не доводилось лечить подобные травмы. У гоблинов, само собой.
    
- Так возьметесь, владыка? - заискивающе промямлил Агрых.
    
- Возьмусь. Только...
    
- Чего прикажете, владыка?
    
- А что вам прикажешь? Помогу. Из жалости. Только уж и вы мне помогите.
    
Гоблины внимательно слушали.
    
- Птицу Ш'аа поймайте и мы в расчете, - Истрик улыбнулся, пробежал глазами вдоль угрюмых зеленоватых лиц.
    
- Помилуйте, владыка, - развел руками Угруг. - Ее не можно словить. Кто ни пытался. Всяк ни с чем ушел...
    
- Байки это стариковские, - встрял Кранг. - Нет ее!
    
- А вот мой дед... - начал Грууг, но крепко получил локтем под ребро от Харка и заткнулся.
    
Человек пожал плечами с выражением превосходства на лице:
    
- Ну, коли вы мне помочь не хотите - помрет старик. Кость ему на мозги давит. Он и ослеп потому.
    
- Мы хотим, владыка, - скулы Угруга начали наливаться бурым. - Токмо как вам помочь? Проще Ночную Хозяйку с неба стянуть... Кто ту птицу видал? На глаза не кажется. Кой-кто слыхал, грит. А видеть... Может, и нету ее вовсе?
    
- Ну, не можете всю птицу, целиком, какие-нибудь перья. Яйцо, может, найдете. Кости от дохлой...
    
- Я вам ясно, сказываю, владыка... - начал было Угруг, но его перебил Агрых:
    
- Перья! Во! Точно! У шамана убор... Старый Пыгур, которого уж две весны как в омут спровадили, брехал, будто он из перьев птицы Ш'аа!
    
Гоблины переглянулись. Шрамолицый исподтишка показал увесистый кулак. Брыг бочком, бочком посунулся к выходу...
    


    
Ухнуло...
    


    
- Ну, не можете всю птицу, целиком, какие-нибудь перья. Яйцо, может, найдете. Кости от дохлой...
    
- Я вам ясно, сказываю, владыка... - начал было Угруг, но его перебил Агрых:
    
- Перья! Во! Точно! У шамана убор... Старый Пыгур, которого уж две весны как в омут спровадили, брехал, будто он из перьев птицы Ш'аа!
    
Гоблины переглянулись.
    
- Малец верно говорит, - пробасил шрамолицый.
    
- Да? - заинтересовался Истрик. - Что ж шаман мне ничего не сказал? Скрыл. Утаил!
    
- Неа... Не выйдет, - Харк перебросил влажную тряпку через плечо. - Так вам шаман и отдал свой убор. Он его пуще, чем ротоглот икру, бережет.
    
- Не... Не... Не даст, - все заговорили разом, перебивая друг друга. - Тину черпать отправит. А Ыырба в омут, к болотному деду. Не, не даст...
    
Человек вытер ладони платком. Брезгливо швырнул его на пол.
    
- Думайте. Я свое слово сдержу. Сроку вам до послезавтра. Позже уж и браться бесполезно. Помрет старый.
    
После его ухода воцарилась тишина, прерываемая только чавканьем Брыга. Стражники взяли еще по мухоморовой, но пить не спешили.
    
- Вот ведь червяк белоглазый, как завернул, - едва слышно пробурчал Кранг. - Ровно в кабалу долговую загнал...
    
- А чего думать? - брякнул невзначай Агрых. - Я сопру убор и весь сказ.
    
- Соображаешь, чего городишь? - навис над столом могучей тушей Угруг.
    
Брыг взвизгнул испуганно и бросился вон из трактира.
    
- И думать не смей... - стражник показал Агрыху кулак. - Я лучше сам тебя пришибу. Все едино сгниешь...
    


    
Ухнуло...
    


    
- Вот ведь червяк белоглазый, как завернул, - едва слышно пробурчал Кранг. - Ровно в кабалу долговую загнал...
    
- А чего думать? - брякнул невзначай Агрых. - Я сопру убор и весь сказ.
    
- Соображаешь, чего городишь? - навис над столом могучей тушей Угруг.
    
Брыг взвизгнул испуганно и бросился вон из трактира, но до дверей не добежал. Перецепился о подставленную татуированным ногу, упал и жалобно заскулил на заплеванном полу.
    
- Лежи тихо, жабья икра, - шрамолицый размахнулся дать затрещину, но передумал.
    
- Соображаешь, что городишь? Как ты сопрешь?
    
- Да запросто! Я пацаном был, осоки зеленее, мамка убиралась у шамана в доме. Так я все входы-выходы выучил.
    
- Осоки зеленее! - ухмыльнулся Харк. - Ты и щас прозелень лопоухая... А ну, кинется шаман?
    
- Сразу не кинется. Он камлал вот только - новолуния не прошло. Так и не словит он меня, я щуренком проскочу. А как кинется - на Издрыга свернем.
    
- Вот тут-то тебя Издрыг-владыка и заложит, - Кранг забавно пошевелил косточкой в носу. - Если эта жабья икра Брыг вперед не успеет.
    
- Так что, и не попробуем даже Ыырбу пособить? Пущай загибается со своим осколком? - Агрых повысил голос, едва на крик не сорвался.
    
- Тихо! - брякнул по столу Угруг. - Пробуй, парень, пробуй. А, ежели Брыг, хучь полсловечка кому молвит, я его сам придушу. Вот этими руками...
    


    
Ухнуло...
    


    
* * *
    
Ухнуло...
    


    
Груунг крякнул. Вытер губы о предплечье.
    
- Ух, хороша! Вся в крепость ушла! - зачерпнул горстью из глубокой миски. - И стрекозьи личинки что надо! Жирные, солененькие... Где таких берешь, а, Харк?
    
Трактирщик с налетом самодовольства усмехнулся:
    
- Ты закусывай знай. А то, как остатний раз, мимо лодки шагнешь - пузыри пущать будешь...
    
- Да не боись, паря, я за ним догляжу, - Ыырб ухмыльнулся беззубым ртом и с силой растянул сеть, проверяя ее на прочность, прицокнул языком. - Хоть на водяного дракона ставь...
    
- Ага, на водяного дракона. Ловил тут один... - Брыг с трудом выудил забившегося в щель кивсяка и отправил в рот.
    
- Молчи, куга болотная! - прикрикнул на него Ыырб. - Ты еще икрой не был, а я ужо вот таких сомов вываживал!
    
Старик раскинул руки, показывая неимоверные размеры.
    
- Точно, - подтвердил Кранг. - Один токмо глаз вот такой.
    
- А ну, будя со старика зубоскалить, неслухи! - сурово прикрикнул на разошедшуюся молодежь Харк.
    
Кранг и Грууг уткнулись носами в кружки. Толстобрюхий Брыг съежился и попытался спрятаться под стол.
    
Дверь отворилась.
    
Вошел Угруг. Без перевязи и без дубинки.
    
Молча прошел через зал и сел за стол.
    
- Мухоморовой? - несмело поинтересовался трактирщик.
    
Стражник махнул рукой, сгорбился над пятнистой столешницей.
    
- Ну, что, зеленые? Заварили кашу - не расхлебаешь...
    
- Что? - осевшим голосом промямлил Грууг. - Шаман?
    
- Ага. Он самый. Как вызнал, ума не приложу...
    
Кранг кинул косой взгляд на Брыга.
    
- Да нет, - Угруг покачал головой. - Он молчал, жабья икра. Шаманы, они такое умеют, не поверишь. Теперь все - пиндык. Если пятком годов на тине отделаемся, я Хозяину Рыбалки такую жертву принесу!
    
- А Агрых что? - осторожно проговорил Кранг.
    
- А что Агрых? То ли в бегах, то ли взяли уже...
    


    
Ухнуло...
    


    
Дверь отворилась.
    
Вошел Угруг. Без перевязи и без дубинки.
    
Молча прошел через зал и сел за стол.
    
- Мухоморовой? - несмело поинтересовался трактирщик.
    
Стражник махнул рукой, сгорбился над пятнистой столешницей.
    
- Ну, что, зеленые? Заварили кашу - не расхлебаешь...
    
- Что? - осевшим голосом промямлил Грууг. - Шаман?
    
- Ага. Он самый. Как вызнал, ума не приложу...
    
Дверная створка, едва не слетев с веревочных петель, с грохотом ударилась о стену. На пороге возник Агрых. Всклокоченный, едва дышащий.
    
- Ага, заявился, умник, - насупился Угруг. - Отольется нам всем твоя выдумка. Если пятком годов на тине отделаемся, я Хозяину Рыбалки такую жертву принесу!
    
Агрых, не отвечая, прошел вперед вихляющей от усталости походкой. Сел.
    
- Воды...
    
- Перегнись с причала и напейся, - неласково отозвался Харк. - Как выкручиваться думаешь?
    
Грууг сунул товарищу в руку ковшик слабенького пива на водяных орешках.
    
- Пей.
    
Агрых выпил. Захлебываясь и проливая желтоватую мутную жидкость на грудь.
    
- Зря ты приперся, - проворчал Угруг. - Я, на твоем месте, третью пару весел ломал бы...
    
Рыбак глянул на него бесноватым взглядом:
    
- Не надо. Я все устроил.
    
- Не понял?
    
Теперь уж все повернулись ко вновь прибывшему и уставились на него, как карп на наживку.
    
- Ты толком сказать можешь? - Харк, подумав, зачерпнул еще орехового пива. - Или плеснуть?
    
- Плесни, - легко согласился Агрых и добавил веско. - Вернул я накидку.
    
- Во дает! - восхитился Кранг.
    
- Как? - стражник приблизил лицо почти вплотную к агрыховому, впился глазами в глаза.
    
- Подстерег я Издрыга. Как они спать улеглись, я к мешкам. Вытащил... Да токмо...
    
- Что? Говори. Ну!
    
- Проснулся Издрыг. Пришлось приспать. Острогой.
    
- Ты башкой своей пустой думаешь, что наделал? - плечи Угруга безвольно опустились. - Это война с людьми. Снова. И ты еще к нам приперся. Хвастать?
    
- Не хвастать, - Агрых был серьезен, можно сказать даже, суров. - Попрщаться. Я ухожу. Далеко. Куды, сам не ведаю. Прям щас...
    


    
Ухнуло...
    


    
- Ты толком сказать можешь? - Харк, подумав, зачерпнул еще орехового пива. - Или плеснуть?
    
- Плесни, - легко согласился Агрых и добавил веско. - Вернул я накидку.
    
- Во дает! - восхитился Кранг.
    
- Как? - стражник приблизил лицо почти вплотную к агрыховому, впился глазами в глаза.
    
- Подстерег я Издрыга. Как они спать улеглись, я к мешкам. Вытащил... Они ж все глухие и слепые, как кочки болотные. Где меня почуять... Я ж щуренком...
    
- Ну, дальше!
    
- А че - дальше? Назад мчал, думал жилы порву али весло сломаю. Вроде поспел. Я накидку за дальний сундук шаману зашвырнул. Пущай пороется.
    
- А найдет? - с сомнением произнес Грууг.
    
- Найдет, куда денется, - пристукнул ладонью по стойку Харк. - А кады найдет, решит, прибиральщики засунули. Ух, схлопочет кто-то мокрых веревок.
    
- Точно, - согласился Угруг. - Кто-то схлопочет...
    
- А мы - нет, - добавил Кранг.
    
Агрых с видом победителя озирался. Полоски пота прочертили на его измаранных лбу и скулах причудливые узоры.
    
- Ну, парень, - с восхищением проговорил Угруг. - Ну, зеленка... С меня пойло...
    


    
Ухнуло...
    


    
Барка мерно покачивалась на зыби. Полный штиль - явление редкое в озерном краю. Но, тем не менее, для продвижения тяжело нагруженного судна напора ветру не хватало.
    
Гребцы вынуждены были взяться за весла. Мерно "загухал" барабан комита, задавая ритм. Лучники на фордеке и квартердеке внимательно вглядывались в заросшее буйной зеленью побережью. Гоблины давно замирены и исправно платят дань, а уверенности, как не было, так и нет.
    
Магистр естественных наук, бакалавр медицины, действительный член королевской лекарской палаты Уольма, Истрик из Турке только что отпустил матроса, принесшего от капитана барки любезное приглашение к ужину. Рябчик с корицей, запеченный в сметане! Свежие булочки с изюмом. Бутылка вина "Черный бархат", урожая, снятого еще при покойном короле! Пальчики оближешь. Праздник желудка и души, от которого, путешествую по озерам, поневоле приходится отвыкать.
    
"Варварский край, - думал Истрик. - Грязь, вонь, вырождение. Больные дети, увечные старики... Как может гордый и, в сущности, разумный народ довести себя до такого состояния? Взять, к примеру, этот случай в трактире. Извлечь осколок из черепа старого гоблина - задача по плечу слушателю первого года обучения. А они глядели на меня, как на волшебника. Даже жаль их стало...
    
Да! Не сделал ли я глупость, вернув молодому рыбаку - Агрыху, кажется? - шаманскую накидку? А, пускай... Во-первых, никакой уверенности, что это действительно птица Ш'аа, во-вторых, выплыви его поступок наружу, не сносить парню головы. Нет, правильно все-таки. Не последний год живем. Птицу Ш'аа я еще разыщу..."
    


    
Ухнуло...