Млечный Путь
Сверхновый литературный журнал


    Главная

    Архив

    Авторы

    Приложения

    Редакция

    Кабинет

    Издательство

    Магазин

    Журнал


    Стратегия

    Правила

    Уголек

    Конкурсы

    FAQ

    ЖЖ

    Рассылка

    Озон

    Приятели

    Каталог

    Контакты

    Конкурс 1

    Аншлаг

    Польза

Рейтинг@Mail.ru



Владимир  Петров

Череп из подвала.

     "...если горсть земли могильной я с молитвою не съем!" Некрасов. "Вурдалак".

    
    
    

    


    
     Череп из подвала.
    
    
    
    






    
    

    
    
1
    
-"Все началось, когда мне принесли из подвала тот череп. Скажу Вам, как на духу, до само..."
    
    
Речь подсудимого оборвалась на полуслове. Судья перевернул кассету, добавил громкости, отхлебнул кофе и продолжил пролистывать дело.
    
    
-"...не дай вам бог когда - нибудь обращаться к психологам или психотерапевтам! Я уверяю, что это будет пустая потеря времени и денег! Можете проверить, вот список из 8 человек, что лечили меня. Мы, Ваша честь, далеко не дураки, но эти считают себя самыми умными, а окружающих - дефективными. По моему печальному опыту, в психологи идут те, кому со страшной силой это следует запрещать! Эмоциональные вампиры и психические уроды! Если бы не эти "спецы", я договорился бы с привидением еще быстрее... Почему вдруг? – я верю в Бога! Не в картинку, а в божественную сущность... А Бог един для всех конфессий, это жрецы - разные.... Да, я верю в чудеса, в домовых, троллей и в эльфов – Бог щедро творит, зачем ему ограничиваться человеком... Ой, не слушайте Вы этих врачей – тоже, нашли свидетелей! Эти уроды выставили сумасшедшими всю нашу семью! Он что мне сказал, вот тот умник:– "Не спорьте, ведь общеизвестно - кто ..."
    
    
Судья усмехнулся – подсудимый очень похоже передразнил психотерапевта.
    
-"... видит призраков – тот ненормальный!" Но Вы посмотрите на на него внимательно, на этого психолога. Взгляните на его одежду! Галстук кислотной расцветки вопит в голос

"Проблема с женщинами!"

А неудовлетворенный в этом плане человек не может быть нормальным..."
    
    
Сумерки сгущались. Вечер обещал быть тихим и судья распахнул окно, выключил верхний свет, оставив только уютную настольную лампу с зеленым абажуром. Прохлада проливалась через подоконник и затапливала кабинет снизу, остужая намятые новыми туфлями ноги.
    
    
-"...что, господин судья? Ах, "кислотный"! Простите, я полагал, что это общепринятый термин. Ну, что Вы, им часто пользуется молодежь для описания чего-то контрастного, крутого, яркого, кричащего... Тот, кто попробовал "травку", ЛСД или что покруче - меня прекрасно понимает. Без базара - адекватное слово, как и слова – "прикид", "клево", "тащиться", "приколоться"... В нашем случае - это флюоресцирующие фиолетовые извивы по желтому и лиловому полю. Извините, буду подбирать слова.. Конечно, господин судья, Вы все прекрасно понимаете... Нет, я не намекаю, что Вы должны попробовать наркотики... Я? Боже упаси, я не увлекаюсь ими, да и не увлекался!"
    
    
Усмешка вновь искривила губы судьи. Всегда приятно вспомнить, как вздрогнул этот здоровяк, когда получил укорот. Ишь, разговорился, учить надумал! Кого? Самого председателя окружного суда!
    
-".... у меня принцип - в этой жизни следует попробовать все, иначе в той, следующей, я не буду знать, чего надо избегать. Да, я верю в переселение душ. Давно, а сейчас и особенно... Мне пришлось самому изучать этот вопрос, когда я понял, что от "специалистов" толку не будет... Я? Знаю немножко каббалу и могу нарисовать с десяток разных пентаграмм... Да, бабушка-еврейка... Зачем каббала? Исключительно для общения с призраком... Могу и здесь вызвать...Так она, привидение, мне сама все и объяснила!"
    
Как и на заседании, эта наглая ложь, а вовсе не бред – назовем вещи своими именами! - возмутил судью. Привидения не существуют, и уж тем более – не говорят. Им нечем говорить!
    
    
-"...хорошо, господин судья, к делу. Я купил старый каменный двухэтажный дом почти в центре города. Да... Я хорошо зарабатываю... Нет, у меня кузница со сварочным цехом, и такой дом с закрытым двориком идеально подходил мне. На втором этаже - семья, на первом - мастерская, цех и склад. Ну, состояние дома было прескверным, пришлось делать капитальный ремонт. Перебирая пол, вскрыли подвальное помещение - два этажа. В углу на первом лежала куча хлама, которую я велел выбросить, а с носилок скатился череп..."
    
Зал – а любопытных набилось! – тогда вздрогнул. Но не судья.
    
-"... я вообще мало чего боюсь, и покойников - всего меньше. У меня в роду, по словам мамы, полно лекарей, знахарей, врачей, это я стал инженером. Мой дедушка был хирургом, поэтому я с детства насмотрелся... Да - да! Именно он, заслуженный врач! Вот потому и не боюсь... Я поднял череп и забрал с собой. Остальные кости? А зачем они? Да, череп здесь, в вещественных доказательствах. Прокуратура, а то! Наверное, доказать, что я убил эту девчушку, откуда я знаю?"
    
    
Судья покосился в угол, где стоял небольшой чистенький череп темно-коричневого цвета. Говорливый обвиняемый тогда красочно описывал невероятные события. Талантливый выдумщик, почти Стивен Кинг! Но зачем он раскопал никому неизвестное захоронение в лесу? Какие мотивы двигали им? Непонятно...
    
В полумраке, поверх зеленого купола лампы, череп выглядел густой чернотой, а в глазницах вроде даже отсверкивал чем –то. Комната остыла, по спине пробежала зябкая дрожь, захотелось еще кофе. Он встал, потянулся, с легким позвякиванием отмерил две ложечки безкофеинового – сердце, знаете ли!- размешал в кипятке и краем глаза заметил смутно белеющий продолговатый, похожий на туман...
    

     пр

из

ра
к ?!!!

    

    
    
    
Страх дернул судью за плечо. Кофе оплеснул руку. Низ рукава горячо промок, но – самое жуткое! – рядом колебалась, теряя очертания, смутная фигура. Глаза уже обвыкли, было видно, что полупрозрачная зыбь, растекающаяся клочками от движения судьи, была женской фигурой... Размывались последние следы... Давним летом безмятежного детства вот так истаивали обрывки слабеньких облаков, раздираемых высотными вихрями...
    
Он вяло стёк в кресло, неловко грянув полупустым бокалом в абажур. Лампочка с прощальным звуком полыхнула вспышкой.
    
    
"...дочь сказала, что под утро ей приснилась заплаканная девочка в старинной одежде и просила помочь. Я успокоил ее, как мог, конечно, высмеял, но назавтра во сне эта девочка пришла ко мне. А потом началось наваждение. Наконец, субботней ночью я встретил ее привидение в коридоре. Нет, господин судья, я был лишь слегка навеселе... а Вы думаете, пять кружек пива и двести граммов водки могут свалить меня?
    
Виноват, господин судья, конечно, это индивидуально, конечно, кому и сто грамм - смертельная доза... Да я вообще не пью, мне некогда! Это был день встречи выпускников нашей школы, пятнадцатилетие... А кто может отказать нашему старому директору? А учителям? С каждым, конечно... Вот и получилось двести грамм, их ведь семеро! А в промежутках я пил пиво... К трем часам ночи я был дома... И шел на цыпочках. Чтобы не разбудить, даже разулся и - тихонечко, не включая свет... Она ждала меня в коридоре... Пальцем на меня показывает и шепчет..."
    
Неслышной тенью в кабинет впорхнул черный угловатый лоскут, рваными движениями облетел вокруг стола и так же беззвучно улетел. Летучая мышь - закаменев от испуга, сообразил судья, не в силах отвести глаза. Там снова формировался белесый силуэт. Это было ужасно, наблюдать, как густеет туман, принимая карикатурные черты девичьей фигуры. Ее рука медленно поднималась, становясь все больше похожей на сжатый кулачок ... Показалось даже, что в голове отдались сказанные шепотом слова.
    
Палец с трудом попал на "паузу", затихли слова подсудимого... Крупная дрожь, и не от холода, трясла тело. Да, слышалось, тонюсеньким голосочком, будто из страшного далека:
    
- ...захорони...
    
-Я схожу с ума! Привидений не бывает! Изыди! – Судья судорожно замахал руками, выскочил из - за стола и бросился к выключателю. Фигура завихрилась, растекаясь, а в ослепительном после темноты свете стала не видна совсем. Сердце взбесившимся котом рвалось из горла, запуская когти вглубь груди. Таблетки... Телефон... Кнопка быстрого набора, "скорая", быстрей, быстрей, БЫСТРЕЙ!!!
    
Еще хватило сил не рухнуть, а мягко сползти на пол, чтобы при падении не повредить лицо, которое им отождествлялось с государственным имуществом...
    
    
2
    
    
.Холодная рука прикоснулась к щеке. Заплаканный уцелевший глаз с жутко расширенным зрачком приблизился к лицу и дрожащий голос больно ввинтился в мозг:
    
-Захорони, не мучай...
    
Боль нарастала, перемещаясь в глазницу, будто это у него вытекал перечеркнутый ножом глаз. Прокурор закричал, отталкивая окровавленную девчонку. Изодранные в клочья остатки платья соскользнули с вывихнутого плеча до пояса, обнажив небольшой бугорок уцелевшей груди и страшную рану на месте второй. Он остервенело рвался из цепких рук, которые растягивались, словно сделанные из конфетной тянучки. В ужасе прокурор подтянул ее левую кисть к себе и сомкнул челюсти изо всех сил. Визг и удар обрушились одновременно:
    
-Ты меня укусил! – Жена верещала, как подстреленный заяц, неожиданно тонко для громадного тела, и молотила по его лицу со скоростью пневмотрамбовки. Когда он сообразил заслониться, губа была рассечена, а в глазнице поселилась натуральная боль.
    
Минут через двадцать супруги помирились и прокурор сумел рассказать о страшном сне. Приняв снотворное и сделав на подбитый глаз примочку, они улеглись. Ворочаясь на жестком матрасе в гостевой комнате – жена отказалась спать вместе – он с огорчением думал, что придется отказаться от плотных и поздних ужинов. Надо же, какой кошмар приснился на полный желудок!
    
    
3
    
    
-Вы можете предъявить мне свою лицензию? Вы действительно психоаналитик? Вам приходилось лечить пострадавших от паранормальных явлений? Как не бывает? Вы уверены? И все на свете имеет научное объяснение? Ах, даже так! И корни следует искать в подсознании? Хорошо, допустим, я Вам верю... Слушайте.
    
Две недели назад я принял к рассмотрению уголовное дело о вандализме, разграблении могил и осквернении древних захоронений. Не вдаваясь в подробности, скажу, что факты свидетельствовали против обвиняемого. Но тот утверждал, что раскопал неизвестное древнее захоронение в лесу по просьбе скелета девочки, найденой в подвале недавно купленного им дома, чтобы избавиться от ее призрака. Сам знаю, что защита бредовая! Однако, вечером, после слушания доказательств и последней речи подсудимого, я писал решение... Подождите, приму таблетку...
    
.Вас не пугает карканье ворон, а вой собак? И на кладбище ночью Вы не испугаетесь? Так просто спросил... Обычные люди имеют свои маленькие страхи... Ладно, не отвечайте, если не хотите... Так вот, вечером в моем кабинете материализовался призрак. Дважды. Я слышал слова, обращенные ко мне. Призрак сказал: "Захорони." Не перебивайте, иначе я прикажу удалить Вас из зала! Ах, да... Извините. Профессиональная привычка.
    
После сердечного приступа меня поместили в отдельную палату и приставили постоянную сиделку. Это важные подробности, потрудитесь выслушать! Мне дали сильнейшие успокаивающие средства, однако в забытьи я снова видел призрак, только уже в "ужастиках"... Когда от трезвона монитора слежения - у меня остановилось сердце, к Вашему сведению! – проснулась сиделка и вбежала дежурная сестра, они видели возле моей постели туманный силуэт, распавшийся от их приближения.
    
Как видите, реанимация прошла успешно, мне поставили водитель ритма. Однако призрак девочки регулярно появлялся в палате и приходил ко мне во сне. Он перестал материализовываться только после того, как в палате поставили мощный вентилятор...
    
Нет, во сне я ее вижу каждую ночь. Не просыпаюсь, нет. Я затыкаю уши и закрываю глаза, да, во сне! Она требует, чтобы я позволил захоронить... Делайте, что хотите, но я не могу работать! Я начал бояться своего кабинета, а мне предстоит закончить решение... Я начинаю верить подсудимому, но призраков не может быть, они не существуют!!!
    
Что? Влияние подсознательного из сексуальной сферы? Какой Фрейд, что Вы несете? Оставьте эдипов комплекс, Вы мне еще желание инцеста пришьете! У меня прекрасная семья, к Вашему сведению, и сыновья давно уже самостоятельные люди... Я приверженец традиционного секса... Так, господин психоаналитик, я уже постиг круг Ваших интересов. Подите прочь, пока я не предъявил Вам обвинение в использовании профессиональных возможностей для склонения пациента к педофилии и садомазохизму... Вон отсюда, шарлатан!!!

Вон!!!


    
    
4
    
    
Под вывеской "Мария Мерлин – мистик, член лиги магических искусств" был вход по крутой лесенке почти на чердак. Сводчатый потолок коридора, мрачно подсвеченный красными фотодиодами, вселял тревогу даже в закаленные души. Там, зацепившись за выступы, висели и попискивали нетопыри, периодически распахивая сатанински угловатые крылья. Большинство посетителей поднималось, глядя на красноватый в черных потеках камень свода, отчего на предпоследней ступеньке промахивались ногой и становились на четвереньки. Особо удачливые бились лбом о дверь, старинную, окованную металлом, из прочных плах.
    
Прокурор был из таких. Гулкий удар разнесся по дому и дверь со скрипом распахнулась. Полумрак, сундуки, метла и горшки с крынками на многочисленных полках в завесях искусственной паутины... За столом с коптящей свечой сидела женщина в красном платье, с черным ажурным платком на плечах. Вторая, черная с серым, сутулясь, шла к двери, где прокурор уже почти поднялся на ноги. Она слегка поклонилась и жестом направила к столу, одновременно толкая скрипучее дверное полотно на место.
    
- Слушаю Вас.
    
Мария Мерлин говорила чистым и звонким, очень молодым голосом. И глаза ее - даже в отсветах свечи - были ясными, желтыми, как у совы-неясыти, которая в последнее время пристрастилась сидеть напротив окна прокурорского кабинета в вечернее время. Очень такие внимательные, немигающие глаза. Прокурор осмотрелся - совы или кошки в комнате не было. Как и собаки.
    
-А им неуютно, когда я работаю. Особенно кошкам, они чувствительны к появлению духов и шипят, собаки же начинают выть, как на покойников. Это отвлекает клиентов...
    
-Кхм, - смутился прокурор.
    
-И кто же Вас беспокоит? – пришла помощь от мистика.
    
-Дело в том, понимаете ли, я не верю в потусторонние силы, - начал разгон тучный, апоплексического сложения, красномордый мужчина, потирая ссадину на лбу, - Но уже две с половиной недели меня преследует один и тот же сон...
    
-Я тоже не верю в потусторонние силы. Всё сущее находится на одной стороне, просто многие отказываются видеть этого, - поддержала его член лиги магических искусств.
    
-...как изувеченная девочка в старинном платье умоляет захоронить...
    
-Так захороните, за чем дело стало? Неупокоенные останки всегда становятся причиной тревог, а то и до болезней доводят! – Недоуменно взмыли брови Марии, почти округлив глаза.
    
-Не ее захоронить! А тех, кто продолжает издеваться над ней и после смерти, понимаете!- Выкрикнул прокурор наболевшее.
    
-Вот как? Уже необычно, а поподробнее можете?
    
-Ее каждую ночь на моих глазах пытают и увечат мужчины самого гнусного вида...
    
-Разные?
    
-Нет! Трое, всегда одни и те же, всегда одинаково одетые! Понимаете, сон повторяется, как кинофильм - до мельчайших подробностей!!! У меня уже сил нет смотреть, как они над ней издеваются!!! Мне никакое снотворное не помогает...- прокурор вдруг перестал кричать и ссутулился унылой горой.
    
-Вы хотите, чтобы я Вам помогла? – мягко спросила желтоглазая.
    
-А для чего я тогда сюда пришел?
    
-Прокурор может прийти и с другой целью, - вздохнула мистик.
    
-Я - как частное лицо! – протестующе вытянул перед собой руки измученный человек.
    
Мария Мерлин полуприкрыла пронзительные глаза породистой кошачьей желтизны зеленоватыми от теней веками и положила пальцы с розовым маникюром на потрепанную книгу в кожаном переплете с медными уголками. Прокурор невольно отметил, как темный яд патины затаился в углублениях тонкого рисунка чеканки, контрастируя с выпуклостями, отполированными частым употреблением.
    
-Смотрите на пламя, - голос ее понизился и завибрировал.
    
Прокурор уставился на плавающий в расплаве фитиль, чадно выбрасывающий неравноплечий огонек. Фитиль был грубо сплетен простой косичкой из трех лохматых стебельков, перекрученных жгутиком. Обгладываемый пламенем конец светился, чуть высовываясь и неряшливо растопыриваясь, крохотные частички угольков падали в расплав и плавали плотами... Вот очередной кусок обломился, медленно плюхнулся, подняв густые ленивые брызги и возбудив круговую волну. Прокурор вцепился в скользкие края обломка, чтобы не соскользнуть в прозрачную жижу и поднял голову. Впереди был пологий берег, горячий от пожара ветер грел спину и толкал плот. Еще немного... Он соскочил на плотный галечник, оступившись в воду, и выкарабкался к траве. Вдалеке скрипуче надсаживалась ворона, вкладывая в каждый свой раскатистый «кар-р-р!» всю силу, будто безголосый шансонье без микрофона...
    
Каменный двухэтажный дом, окруженный метровым тесовым забором, недавно побеленым, выглядел нежилым. Выбитые окна, сорванная с петель дверь... пустой хлев неслышно вопил квадратным ртом о запустении... Прокурор подкрался к двери, прислушался. Смердели куриные потроха, облепленные зелеными крупными мухами, петушиная голова остекленело пялилась на одинокую желтую лапку... В ноги шмыгнула крыса и умчалась прочь от дома... Грубый мужской голос из дома позвал:
    
. -Вот она, поймал! Ко мне...
    
На мгновение стало темно. Сквозь прокурорское тело внутрь дома вошли еще двое. Грязные и сутулые, с безобразными лицами. Больные проказой? Гоблины из кино? Держась за стену и порой скрючиваясь, словно от сильной боли. Прокурор не успел испугаться, как Мария толкнула его ладошкой в спину, пошли, дескать, за ними. Эти задержались на минутку, чиркнули кресалом и уже спускались, подсвечивая запаленным факелом. В подвале слышались визг и брань. Лесенка была скользкая, первый оступился и съехал на заду, жалобно вскрикивая.
    
В чадном свете факелов мучители долго полосовали кинжалами хрупкую девчоночку, временами отскакивая в угол со спущенными штанами или заходясь в пароксизмах безнадежно сухой рвоты. Смелости вмешаться в кровавое действо представитель современного закона в себе не обнаружил. Его замутило от натурализма, когда кусок отсеченной плоти шлепнулся рядом... Он пытался опустить голову или отвернуться, но следовал тычок в спину и голос мистика требовал - смотри! Злодеи их не замечали, пока девчонка в промежутке между воплями не подняла еще не сломанную руку. Заплаканный уцелевший глаз и палец требовательно уперлись в него...
    
-А-а-а-а! – Беззвучно рванулся крик, но сил сдвинуться не нашлось.
    
Самый жестокий из палачей оскалился крепкими желтыми зубами и рыкнул, резко выбросив впереди себя окровавленное лезвие. Кинжал вошел в грудную клетку... прокурор потерял сознание...
    
    
-...и Вы теперь понимаете, почему она просит их захоронить?
    
- Кажется, да. Но кто бы мог подумать, что фактически умирающие люди найдут в себе силы найти ее и требовать противоядия! Неужели наши предки настолько выносливее нас?
    
-Увы. Мы изнежены... Возвращаясь к Вашему кошмару, скажите, Вы все поняли? Когда наложено заклятье "исполнения", от него не скрыться...
     -
Но зачем она это сделала, зачем? Почему мы теперь должны страдать из-за нее? Ведь она отравительница, преступница! Вы видели, Мария, как одно безнаказанное преступление влечет за собой второе...
    
-Боже мой! Неужели Вы даже сейчас не можете быть обычным человеком! Она отомстила за смерть семьи и за насилие над собой!
    
-Вендетта и самосуд недопустимы. Ей следовало обратиться за защитой в соответствующие органы, чтобы возбудить уголовное дело...
    
-Куда? К кому? За какой защитой? Вот Вы пришли бы ко мне, помоги Вам конвенциональная медицина?
    
-А-а..., - прокурор не нашел ответа, потер лицо, окончательно выходя из транса, и сообразил, где находится.
    
Мария Мерлин сидела на том же месте, напротив него, полки и паутина были те же, только свеча значительно укоротилась. За спиной мистика, незамеченная раньше, переступая с лапы на лапу, резвилась сутулая ворона, клювом играя со страшноватой связкой сушеных лягушек или жаб, свисающей с полки...
    
Болел ушибленный лоб, живот голодно урчал, напоминая о приближающемся ужине, а в памяти топорщились увиденные подробности. Решение сложилось, тянуть время не стоило, и так в городе будут поговаривать об этом его походе. Он вытащил из кармана приготовленные деньги, с жалостью глянул на них и протянул Марии.
    
-"Откажись от них, дура, испугайся меня", проскользнула донная, приятная мысль, сопровождаемая видением возвратного движения руки в карман.
    
-Если я не возьму деньги, Вам не избавиться от кошмаров. «Искупить», «откупиться»- неужто Вы не слышите в них один корень?
    
-Скажите, а сны закончатся?
    
-На некоторое время затихнут, а после оправдательного решения суда – исчезнут вовсе. Но, боюсь,, Вам предстоит помочь в захоронении останков этой троицы, скончавшейся без упокоения в кустарнике...
    
-А ее, эту Елену? – Вторично испугался прокурор желтоглазой провидицы, читающей мысли. А почему маникюр у нее алый?
    
-Не знаю, она не просила...
    
-Скажите, а те птицы и животные, они что значат?
    
-У каждого свой смысл, это весьма неоднозначно...
    
-Вот крыса, что убежала из дома?
    
-Крыса-символ богатства, в некотором роде...
    
--Вот даже как,- дивился прокурор, идя к выходу и старательно глядя вниз, чтобы не рухнуть. Странно, а почему в ботинке так натурально хлюпает, ведь оступился в реку он другой ногой? И штаны... Неужели? О, боже, позор-то какой!
    
    
5
    
    
-Заслушивается свидетель обвинения. Обвинение, он явился? Пристав, пригласите в зал... Свидетель, Вы предупреждаетесь об уголовной ответственности за дачу ложных показаний. Расскажите суду, что Вам известно по делу...
    
На повторное слушание необычного уголовного дела набилось народу - не продохнуть! - как на футбольный матч. Город с удовольствием жил слухами все эти четыре недели, поскольку врачебная тайна распространялась со скоростью звука, влетающего в уши абонентов телефонных компаний проводной и сотовой связи. Ждущие глаза болельщиков отслеживали каждое движение прокурора, адвоката, судьи и делали – вполне возможно, денежные – ставки.
    
Унылый пенсионер, известный доносчик и сутяга, изводивший соседей бесчисленными жалобами на нарушение муниципальных уложений, вскарабкался на помостик, вцепился сухонькими ручками в края кафедры и жалобно заблеял:
    
-Ваша честь, мне нечего сказать. Я написал, что сосед роется в лесу возле реки, чтобы осквернить могилу, но там ее никогда и не было... Я придумал могилу.... Я ведь подозревал, он клад ищет... Ваша честь, отпустите меня, мне так плохо, я уже месяц не сплю из-за кошмаров... Да, я отказываюсь от прежних показаний, Ваша честь...
    
Свидетель затрясся в беззвучном плаче, вызвав в зрителях мстительное чувство удовлетворения. Судья облегченно вздохнул, расправил под мантией то, что он сам – дома, наедине с зеркалом - гордо называл плечами и обрушился на свидетеля:
    
-Предупреждаю, что лжесвидетельство является уголовно наказуемым и карается тюремным заключением или штрафом... Я спрашиваю еще раз. Вы подтверждаете, что дали ложные показания на предыдущем заседании?
    
-Да, Ваша честь...
    
-Я налагаю на Вас штраф, но к этому мы вернемся чуть позднее...
    
Зал радостно и синхронно взвыл. Судье послышалось даже нечто похожее на "го-о-о-л!" Молоток в его руке деревянно соприкоснулся с подставкой:
    
-Тишина! Обвинение, у Вас еще есть свидетели?
    
Прокурор отвел глаза от кошачьеглазой мерзавки Марии Мерлин, машинально потер уже зажившую ссадину на лбу и отрицательно покачал головой, тоже с видимым облегчением:
    
-Ваша честь, в свете открывшихся обстоятельств, прокуратура считает возможным отказаться от выдвинутых обвинений в вандализме, осквернении могил и/или древних захоронений, ввиду слабости доказательной базы...
    
Зал недовольно загудел, раздался протестующий свист. Судья занес молоток, а прокурор повысил голос, перекрикивая шум:
    
-... и отсутствия состава преступления.
    
    
    
6
    
    
Галдящая толпа потихоньку редела, вынося шум наружу. Опустив голову, прокурор собирал бумаги в портфель. Фамильярный захват за плечо заставил его недовольно обернуться.
    
-Господин прокурор, Вы отдадите мне череп Елены? – Бывший обвиняемый, подпираемый сзади семьей, доброжелательно улыбался.
    
.-Забирайте, - недовольно буркнул тот.
    
-"Скотина, мерзавец, ты еще попадешься, я покажу тебе, как унижать прокурора, ты выплачешь все мои слезы, за ночные кошмары, за мой страх, за отказ от обвинения... О, я сумею сторицей взыскать с тебя проценты за позорный поход к шарлатанке Мерлин Медичи, за каждый уплаченный ей грошик..."- одна слаще другой, красивые грезы мести вставали перед прокурором во весь рост и строились повзводно, пока коричневый череп корявыми лапищами кузнеца уворачивался в пластик с пупырышками и бережно укладывался в объемистый баул.
    
Затем могучие плечи распрямились и прозвучало:
    
-Спасибо, господин прокурор, что поверили мне. Я не преступник, честное слово, просто дал слово этому призраку. Похоронить ТЕХ, - хрипловатый голос кузнеца подчеркнул отличие, - я хочу на городском кладбище. Я уже заказал одну "братскую могилку" и поминки в ресторане "Под аистом" - тоже. Приходите, я и судью пригласил...
    
В руку прокурора лег пригласительный билет, и, вместе с так и не пригодившимся адвокатом, оправданный правонарушитель двинулся к выходу, где его ждали многочисленные горожане.
    
    
    
7
    
    
Довольный собой судья небрежно закрыл дверь кабинета и вновь облегченно вздохнул. Все разрешилось само собой, прокурор отказался поддерживать обвинение и суду осталось лишь проштамповать готовое решение. Интересно, а двое младших судей пострадали от этого злополучного дела? Прокурору не хватило ума вызвать мистика к себе и его репутация теперь безнадежно испорчена, ну, так ему и надо. Принять к производству жалобу городского сутяги – это надо же!
    
С чего бы он струсил, этот сутяга? Не иначе, тоже с привидением во сне или наяву пообщался. Мерзавец, какую кашу заварил! Тем приятнее было отвести душу на желчном склочнике... Пусть выплатит штраф! Впредь станет поосторожнее с соседями, а то завалил суд пустяковыми исками...
    
    
Бескофеиновый кофе казался почти вкусным. Кассета все еще стояла на месте, как месяц назад, даже на «паузе», и тогдашние показания обвиняемого предпринимателя, оправданного сегодня, снова зазвучали в кабинете судьи:
    
-"...стал создавать условия для ее материализации - это несложно, нужен перенасыщенный пар, туман, если хотите..., да, и подсветку! Конденсат на границе ее поля... Зачем Вам технические детали, господин судья, если Вы с кивалами все равно впаяете срок за вандализм? Господь с Вами, господин судья, я никого не оскорблял! Простите, я полагал, это- название должности! Я понял... Не "кивалы", а состав суда! Да только что, перед началом дела. Когда мы пришли сюда... Как кто? Прокурор! В коридоре суда господин прокурор мне и адвокату сказал: -'В обмен на твое признание в незаконных раскопках древних захоронений я сниму осквернение могил, но вандализм – сам председатель и его "кивалы" ни за что не похерят... Именно так..."
    
    
Судья, повесивший мантию на плечики, остановил уже ненужную кассету, и подошел к окну. Приятно было осознать себя умным:
    
-«Надо же, чуть не попался тогда на эту изящную манипуляцию! Такая волна неприязни к прокурору всколыхнулась после слов, сказанных с невинным выражением лица, что захотелось в пику обвинению оправдать кузнеца!»
    
Он видел из глубины кабинета удаляющуюся широченную спину в окружении друзей и почитателей. Однако, большой хитрец этот предприниматель - кузнец! Как прикидывался простачком, этаким человеком из народа: -"...и наркотики пробовал в молодости..." - это к молодежи подходец; "...я и выпить не дурак при случае..." - это к мужской части населения; "...я обязан захоронить неупокоенные останки по божескому обычаю" - к верующим; а уж история бесед с призраком -напрямую адресована любителям мистики...
    
Только такой тупица, как прокурор, мог принять простоту речей будущего мэра – в чем судья не сомневался - за чистую монету!
    
    
8
    
    
-...Елена, теперь твои мучители погребены на кладбище... Священник добросовестно потрудился. Почти полгорода было на отпевании...Для тебя все закончится... Да что ты, это тебе спасибо за помощь! Ты прекрасно поработала с судьей и с прокурором... Свидетель – твоя инициатива? Ты прелесть... А почему сама не хочешь упокоения? Шутишь... Нет, правда? Понравилось? - Мария Мерлин тихонечко всплеснула руками и обернулась.
    
Вся семья кузнеца вслушивалась внутрь себя, где каждому звучал довольный девчоночий голосок. Свет в коридоре был погашен, двери затворены и ветерок от их дыханий не доходил до черного экрана, где елочная гирлянда, уложенная вокруг самодельного парогенератора, подсвечивала смутный, но устойчивый женский призрак. Глава семьи потер мозолистые ладони и смущенно хмыкнул:
    
-Ну, что ты, Елена, свой своему – поневоле друг! Ты попросила – я помог, я попросил – ты помогла... Ну, и оставайся у нас! Да мы только рады... Нет, в тюрьму бы не посадили... Сам не ждал, что так прославлюсь... Неужели ты в любой сон можешь? И даже хорошие... А соврать? И ты везде можешь материализоваться.... не только в городе?
    
В его лице появилось лукавое выражение, он поднял вверх указательный палец:
    
-О! Хорошее дело с твоей помощью можно спроворить... Давно о нем думаю...Вот слушай, выше нас по реке стоит химзавод и поганит воду. Оборотный цикл не делают, поскольку штраф платить дешевле, а мэр с ними ссориться не хочет...Ущучить бы весь совет директоров, а? Справишься? Что за разговор! Да мы у них в кабинетах в нужный момент и кондиционеры отключим, да и вообще... Так почти все мужики города на нем работают! Это моя забота... Все дадим – и адреса и состав семей... Ты уж выступи по полной программе, деточка! – а потом обратился к мистику:
    
. -Ну что, сестренка, создадим общество «Отважная Елена, покровительница города»?
    
Мария шутливо толкнула брата кулачком в плечо:
    
--Тебя же все равно не унять? Как вы с двоюродной пра-пра-и дальше - бабкой похожи характерами и темпераментом! Не зря сразу друг друга поняли! Только деточкой ее не называй, ладно, а то Елене неловко - 350 лет разница
    
.Призрак родственницы изобразил нечто похожее на улыбку...
    
    
    
    
    
    
    

    


    


    
     (C)
     2007.20.09_Одинец.В.