Млечный Путь
Сверхновый литературный журнал


    Главная

    Архив

    Авторы

    Приложения

    Редакция

    Кабинет

    Издательство

    Магазин

    Журнал


    Стратегия

    Правила

    Уголек

    Конкурсы

    FAQ

    ЖЖ

    Рассылка

    Озон

    Приятели

    Каталог

    Контакты

    Конкурс 1

    Аншлаг

    Польза

Рейтинг@Mail.ru

123



анатолий  григорьев

Промежуточная цель.

    В один прекрасный день мне чертовски надоела праздная жизнь. Знаете, все эти искусственные сны, ночные бары, женщины...Одним словом, захотелось острых ощущений и больших денег. И я попробовал заняться наркобизнесом. Звучит внушительно, да? На самом же деле я просто попытался вывезти с Трилла пару килограммов олтрифлена, Слышали о таком? Да-да, именно сильнодействующий галлюциноген, получаемый из какого-то внутреннего органа триллозавра. Сам по себе олтрифлен практически безвреден, к нему нет такой тяги как к другим наркотикам, но чтобы получить один грамм этого желеобразного вещества надо прикончить минимум трёх триллозавров. Этих добродушных дракончиков на их родной планете осталось совсем немного и их занесли в Красную книгу Галактики...
     Да, простите, кажется, я забыл представиться. Леон Девидье, да-да, тот самый Девидье, чемпион Колонизованной зоны по альдебаранской борьбе. Кстати, коренной житель Альдебарана-4 в третьем поколении. Впрочем, это значения не имеет...
     Итак, в один прекрасный день я отправился на Трилл, снюхался там с одним делягой из местных и купил у него по дешевке олтрифлен. На таможне меня, конечно же, замели. Дилетант есть дилетант! Правда и дали-то мне как дилетанту - всего год - и отправили на Геран. Ну и планетка, доложу я вам! Снаружи - пустыня, песок, жара неимоверная, почти полное отсутствие какой-либо жизни, а внутри - сплошные пещеры, кишащие всякой живностью. Кстати, живность на Геране очень даже забавная, если можно так сказать. Эти твари жрут друг друга с таким усердием, что просто диву даешься. И плодятся как крысы. Не обладай они таким отменным аппетитом - давно бы забили потомством все эти вонючие пещеры.
     Да, так вот, целый год я добывал в этих пещерах какой-то минерал, а заодно - поминутно рисковал жизнью. Честно скажу: страшно... Тёмные бесконечные пещеры, пористая, как сыр, порода и в каждой трещинке, в каждой дырочке, под каждым камнем притаилась смерть. Выскочит вдруг откуда-нибудь эдакая симпатичная гадость вроде таракана, толь¬ко размером с телёнка, а у неё с челюстей яд так и льётся. Если сразу пополам не перекусит... Одним словом, малоприятные воспоминания.
     Но больше всего мы боялись таких маленьких, размером с сигарету, белых червей. У них была повадка сваливаться откуда-то сверху и мгновенно присасываться к коже. Даже если тут же стряхнёшь этого червя - всё равно обречён. Эта тварь впрыскивает какой-то яд, который не убивает, а сразу парализует, превращая человека в кусок непод¬вижного мяса - одни только мозги работают. Довелось мне видеть несколько человек, которых прихватил белый червь. Представьте себе, лежит в постели абсолютно неподвижный человек, у которого не работает ни одна мышца, который полностью утратил все чувства и из всех внутренностей у него только сердце функционирует. Прямо в лёгкие ему закачивают воздух, что-то там ему вливают в вену, какие-то провода вживлены прямо под черепные кости. Поговорить с ним можно только через компьютер. Знаете, это жуткое зрелище, когда в одной комнате лежит живой труп, а рядом, в этой же комнате, стоит железный ящик, который разговаривает с тобой от имени этого живого трупа. Главное, что медики-то ничего поделать не могут. Пробовали даже мозг пересаживать - бесполезно. Один док (он тоже отбывал срок на Геране, не помню за что) мне сказал, что мозг человека, которого тяпнул такой червячок, утрачивает способность давать какие-то там импульсы или команды мышцам. Больше трёх-четырёх недель такие живые трупы не протягивают...
     Нет-нет, вы не подумайте, что я отвлёкся от темы и предался жутким воспоминаниям ради самих воспоминаний. Поверьте, всё к месту.
     Так вот, на Геране я познакомился с этим типом, с Артуром Хаверли. Знаете, эдакий маленький, плюгавенький, с лысинкой и потными ладошками. Слабак, одним словом. Таких обычно надзиратели ставят в пару с крепкими опытными ребятами, когда выгоняют из бункера-барака на поиски этих самых минералов. Одним словом, Хаверли попал в пару со мной. Мне это было абсолютно безразлично, потому что срок мой подходил к концу - месяца полтора оставалось. Этот тип всюду следовал за мной как собачонка, что, кстати, и спасло ему потом жизнь.
     За то время, что я провёл на Геране, только из числа обитателей нашего бункера-барака погибло четверо: троих высосали черви, а одного слопала тварь-таракан. Представьте себе, что вы с напарником забрались в отдалённую пещеру и разбрелись в разные стороны в поисках минералов. Вдруг напарник вскрикнул и пока вы до него добежали, (а это секунд двадцать-тридцать) - он уже готов. Подбегаешь, а на камнях лежит обескровленный труп. Червь высасывает кровь всего за несколько секунд и тут же сматывается в какую-нибудь трещину. Однажды я видел такого насосавшегося червя - похож на мяч для игры в регби, но шустрый и неизменно мерзкий.
     Вас, конечно, интересует, почему же я так и не стал добычей червя или таракана-гиганта. О, значит, вы плохо представляете себе альдебаранскую борьбу. Видели когда-нибудь? Согласен, довольно скучное зрелище: стоят два здоровенных парня и медленно-медленно то руками двигают, то переступают с ноги на ногу, то просто часами смотрят друг другу в глаза и вдруг одно-единственное резкое движение и поединок закончен. Всем известно, что каждый удар в альдебаранской борьбе смертелен, но не все знают, что настоящие бойцы настолько развивают в себе интуицию, что заранее предчувствуют любое намерение противника. Так что настоящий бой в альдебаранской борьбе - это состязание интуиции. Лишь почувствовав интуитивно, что соперник не ожидает удара - делай выпад и судья тут же присудит тебе победу. Даже наносить удара не надо - я уже говорил, что каждый удар смертелен.
     Так вот, благодаря интуиции я и остался жив. Раз восемь успел отскочить за мгновение до падения червя и несколько раз успевал обернуться и выхватить мачете перед самым прыжком гигантского таракана. Нам специально давали мачете - такие здоровенные широкие ножи - для обороны от разных тварей. Ведь были ещё и змеи, и разные летучие мыши, и какие-то оранжевые шары со щупальцами. Но эти мрази были не очень быстры и слишком шумны, так что в девяти случаях из десяти человек с ними справлялся...
     Ладно, вернемся к Хаверли. Значит так, за полтора месяца до окончания срока этого хлюпика закрепили за мной. Во время поисков минералов он от меня дальше, чем на три шага не отходил. Разумеется, почти всегда это приводило к тому, что он не выполнял норму и оставался без ужина и без завтрака. Благо, обед нам давали с собой, и лишить его не имели права.
     Буквально в последний день моего срока мы как всегда вышли на промысел. У меня, сами понимаете, было прекрасное настроение, а Хаверли был просто зелен от досады - ему оставалось еще больше четырёх месяцев.
     В тот день нам повезло: в одной из отдалённых пещер мы наткнулись на богатую россыпь минералов и ещё до обеда успели выполнить норму, то есть могли со спокойной душой вернуться в бункер-барак. Так и решили - пожуём и домой. И тут Хаверли разговорился. Собственно, это меня чёрт дёрнул поинтересоваться, за что это ему влепили пол года.
     Знаете, я сразу решил, что это тёмная история. Хаверли оказался богатым человеком. По его словам выходило, что они с приятелем на личном звездолёте Хаверли решили в полном одиночестве попутешевствовать. На одной из открытых ими планет, (а этого добра в Галактике - пруд пруди) приятель надумал остаться годика на два-три, пожить эдаким Робинзоном в Неколонизованой Зоне. Он попросил Хаверли никому не давать координаты этой планеты и Хаверли поклялся. Ну, после возвращения на моего хлюпика насела полиция - где, мол, приятель? Хаверли ни гу-гу. А чтобы не нарушить клятвы - стёр память бортового компьютера, а заодно стёр и из своего мозга эти координаты. Полиция решила, что Хаверли прихлопнул своего дружка, но доказать этого не смогла и ...Одним словом, наскребли ему пол года. За что? Вы плохо знаете Галактическую полицию! Несколько месяцев они любому наскребут просто за красивые глазки...
     Когда Хаверли мне всё это рассказал, я поинтересовался, а как же он собирается отыскать своего приятеля-Робинзона, если и сам не знает координатов той планеты. В ответ Хаверли так странно скривил рожу, что я не сразу сообразил, что это он улыбается. И что-то такое мелькнуло у него в поросячьих глазках, что мне даже немного не по себе стало.
     И тут я почувствовал, что могу и не дожить до конца срока - сказались навыки альдебаранской борьбы. Я отпрыгнул в сторону и автоматически выхватил из-за пояса мачете. Хаверли перепугался и рванулся ко мне. Червь упал прямо на кисть его правой руки, но не удержался и скатился на камни. Я помню только ужас в глазах Хаверли.
     Шарахнись этот тип в другую сторону, червь бы упал на его правую руку и тогда я бы вряд ли успел что-нибудь сделать. Ну, а будь между нами хотя бы пара шагов - Хаверли крышка... Короче говоря, я мгновенно отхватил Хаверли руку чуть ли не по самое плечо, благо мачете было у меня в руке, а не за поясом. Иной раз, вспоминая это событие, мне кажется, что я оттяпал Хаверли руку ещё тогда, когда червь не долетел до кожи пару миллиметров. Коснись червь его тела даже одновременно с моим ударом - кто знает, помог бы удар.
     Ну, я тут же, конечно, растоптал червя, перетянул ремнем обрубок руки, взвалил потерявшего сознание напарника на плечи и побежал к бункеру-бараку.
     Одним словом, я спас Хаверли жизнь. Яд не успел подействовать, а сознание он потерял от страха и боли.
     Из-за этого случая освобождение моё задержалось на пару дней.
     Прежде чем подняться на поверхность Герана, где меня и ещё десяток счастливчиков ожидал звездолёт, зашёл я в госпиталь к Хаверли. Тот, конечно, меня здорово благодарил, даже пустил слезу, а потом и говорит:
     - Освобожусь - найду тебя. Клянусь, что ты будешь очень богат, так богат, что сможешь купить себе целую планету.
     Тогда я не придал значения его словам, просто помахал рукой и пожелал скорейшего выздоровления. Не думал я, что с Хаверли придётся ещё встретиться.
     Годичное пребывание в пещерах Герана произвело на меня неизгладимое впечатление, и я взялся за ум - устроился на работу. Если это можно назвать работой, конечно: я стал вышибалой в одном из самых злачных мест планеты Дендр. На следующий день весь преступный мир планеты, славившейся тем, что весь сброд Колонизованной зоны облюбовал её прерии, уже знал, что в "Драконе" вышибалой работает чемпион по альдебаранской борьбе. В баре наступили спокойные времена, и хозяин на меня чуть ли не молился. А я каждый вечер садился к своему персональному столику, стоящему прямо у входа, и окидывал взглядом каждого входящего. Интуиция мне безошибочно подсказывала, если кто-то вваливался в бар с оружием.
     Прошло довольно много времени, и я уже начал немного скучать, когда в один из вечеров в бар вошёл плотный пожилой мужчина в отличном костюме. Он подошёл прямо к моему столику и довольно вежливо осведомился:
     - Господин Девидье?
     Я кивнул.
     - Прошу вас сегодня после работы не задерживаться - нам необходимо побеседовать.
     Я ещё раз кивнул, потому что понял, что мужчина этот из Галактической полиции, а с этими ребятами следует быть вежливым и послушным. На всякий случай за вечер я перебрал в памяти все события своей жизни, но ничего предосудительного не припомнил, кроме олтрифлена, за который я срок уже отбыл.
     Бар закрылся в пять утра, а в четверть шестого я был уже в отеле. Полицейский поджидал меня у двери номера. Мы молча вошли, так же молча устроились в креслах перед журнальным столиком, на котором стояла початая бутылка виски и стакан - позволял я в те времена себе расслабиться немного после работы.
     - Не возражаете? - спросил я, но даже не потянулся за бутылкой, так как понял, что разговор предстоит серьёзный и моему собеседнику нужно, чтобы я был абсолютно трезв.
     А полицейский сразу приступил к делу:
     - Я инспектор Клей. Насколько мне известно, вам знакома личность Артура Хаверли. Известна ли вам причина, по которой этот господин ока¬зался в пещерах Герана?
     - В общих чертах, - ответил я уклончиво.
     - Хаверли, очевидно, убил скульптора Ракитски, но достаточно умело замёл следы. Ему удалось до ареста стереть память бортового компьютера и даже сделать частичное "промывание" собственного мозга. Но при
     контрольном зондировании...
     Короче, из рассказа инспектора я понял, что Хаверли лихо замёл следы. Он договорился с одним психотерапевтом и тот зашифровал в его мозге координаты планеты. Потом другой психотерапевт стёр эти координаты, а третий - стёр и шифр, и даже воспоминание о том, что Хаверли был у психотерапевта. За крупную сумму было условлено, что этот психотерапевт сам найдёт Хаверли ровно через год и вернёт ему шифр, а потом Хаверли найдёт второго психотерапевта и тот вернёт ему координаты.
     Может я и неправильно понял инспектора, но, одним словом, он рассказал мне что-то вроде этой абракадабры.
     - Ну, а я-то тут при чём? - спросил я.
     - Хаверли теперь знает координаты. Он намерен отправиться на эту планету, и хочет, очевидно, чтобы вы составили ему компанию.
     - Ну?
     - Отправляйтесь с ним, а, вернувшись - всё расскажите мне.
     - Не проще ли провести зондирование мозга Хаверли и...
     - Не имеем права - дело об исчезновении Ракитски уже закрыто.
     Я понял, что влип. И ещё я понял, что полиция не оставит меня в покое, пока не получит от меня согласия, что они будут давить мне на психику, читать лекции о долге и ...
     Одним словом, я согласился, правда, после того, как инспектор назвал сумму вознаграждения. Причём, сумма эта не зависела от того, окажется ли Хаверли убийцей или Ракитски на самом деле робинзонит на какой-то планете.
     Хаверли объявился недели через три. Он прямо светился от самодовольства и богатства. Биопротез правой руки ему сделали изумительно - даже ладонь потела. Мы поболтали о том, о сём, а потом он предложил мне "получить вознаграждение". Я сделал вид, что это меня не интересует, надеясь в глубине души, что Хаверли сунет мне чек на несколько тысяч гео и отвалит. Но не тут-то было. Хаверли заявил, что я должен отправиться с ним "на одну планету" и там он вручит мне десять тонн золота высочайшей пробы. Представляете, миллион гео?! У меня отвисла челюсть и Хаверли понял, что я согласен.
     Вам ещё не надоела эта история? Ладно, постараюсь быть по-лаконичнее...
     Вобщем, через несколько дней мы были уже на борту шикарного звездолёта, при чем, кроме нас там небыло больше ни души.
     Когда звездолёт стартовал, затем вышел в надпространство и мы остались вдвоём вообще во всей Вселенной, Хаверли сознался, что он угробил Ракитски. Это была совершенно невероятная история, и я попытаюсь её вам пересказать.
     Ну, как и все богачи, Хаверли был немного шизик. Он мечтал открыть планету, похожую на рай, а по сему десять месяцев в году болтался по Неколонизованной зоне. Но, сами понимаете, что найти такую планету в такой маленькой галактике - дело трудное. Хаверли уже подумывал о том, чтобы снарядить экспедицию в соседнюю галактику и тут ему повезло. Нет, он не нашёл планету-рай, наоборот - планета была сплошь покрыта скалами, без растительности, без животного мира, даже без атмосферы. Но он нашёл на планете Гриб.
     Теперь слушайте внимательно. Гриб - это действительно огромных размеров гриб, метров сто высотой и метров семьдесят в диаметре. И он живой. Сбоку у него дыра, вход внутрь, Вход этот расположен на уровне почвы. Внутри Гриб полый, кроме "шляпки" разумеется. Одним словом, внутренность Гриба представляет собой огромный зал, имеющий форму полусферы. Посреди зала - озеро, диаметром метров десять, наполненное какой-то чёрной жидкостью, А ещё внутри Гриба живут такие маленькие крабики. Ну, маленькие они только относительно Гриба, а вообще-то они не меньше лошади. Их ровно девяносто семь штук. Целыми днями эти крабы таскают разные камни и сбрасывают их в Чёрное озеро, а на ночь присасываются к специальным соскам на теле Гриба и спят. Хаверли понял, что всё это - и Гриб, и крабы, и Чёрное озеро - единый организм. Где-то, в глубине этого гриба есть что-то вроде реактора, разлагающего камни на элементарные частицы и вновь собирающего из этих частиц всё необходимое - кислород, воду, жиры, белки, микроэлементы и всякую прочую муть для жизнедеятельности. Отходы выступали за ночь каким-то сероватым песком снаружи Гриба и утречком крабы отгребали его далеко в сторону. Сколько было лет этому Грибу - миллион, миллиард - понять было невозможно.
     Хаверли крабы не трогали, даже когда он вошёл внутрь Гриба. Для Гриба ничего не существовало, кроме него самого.
     У Хаверли была на звездолёте кошка, и он решил проверить, как Гриб отнесётся к животной пище. И он бросил кошку в Чёрное озеро. Каково же было его удивление, когда через несколько дней "шляпка" Гриба начала покрываться шерстью! Это было открытие: Гриб усваивал и информацию.
     И Хаверли осенила гениальная идея.
     Он вернулся в Колонизованную зону Галактики и несколько месяцев посвятил поискам человека, которому ничего в жизни не надо кроме золота. Таким человеком оказался спившийся скульптор Ракитски. Хаверли завлёк его на звездолёт, доставил на ту самую планету и столкнул в Чёрное озеро. Несколько дней Гриб вёл себя странно: крабы не выходили на поверхность вообще. Но зато потом они начали работать круглые сутки -всё таскали и таскали камни, всё бросали и бросали их в Чёрное озеро, хотя золотых выделений появилось всего-ничего - несколько сот граммов. Вскоре выделения прекратились.
     Хаверли решил подождать год-другой, но лишь только он вернулся в Колонизованную зону, как его сцапала полиция, ну, а остальное вы уже знаете.
     - По моим подсчётам, Леон, - сказал мне Хаверли. - На планете скопилось уже не меньше тридцати тонн золота, треть из которого - твоё.
     Но - увы!
     Когда наш звездолёт вышел из надпространства и приблизился к Планете Скульптора, мы увидели нечто невероятное, Гриб был похож на загнанную лошадь. Чувствовалось, что ему не хватает питательных веществ. Дело в том, что крабы лишь изредка таскали ему камни, а всё остальное время они... Хотите верьте, хотите - нет, но крабы делали скульптуры! Вернее - сотни, тысячи копий одной и той же скульптуры: бо-жественной красоты обнажённая женщина в натуральную величину! И не из золота, разумеется, а из планетной породы.
     Когда было решено смываться с Планеты Скульптора, я вдруг почувствовал острую тревогу, но это чувство тут же исчезло. Хаверли усмехнулся и сказал:
     - Была у меня мыслишка: сделать ещё одну попытку, но...
     Это значило, что он и меня хотел столкнуть в Чёрное озеро. А "но" он объяснил так:
     - Однажды Ракитски сказал, что ему нужны деньги, бесконечное количество денег, чтобы заставить всю Вселенную поклоняться красоте его возлюбленной. Выходит, что золото - только промежуточная цель. Вряд ли есть хоть одно существо во Вселенной, которому нужно только золото.
     Само по себе золото нужно, очевидно, только для того, чтобы что-то на него купить. Что бы ты купил на свои десять тонн золота?
     Я тогда только пожал плечами, хотя и знал уже, на что потрачу то вознаграждение, которое получу от полиции.
     Одним словом, вернувшись на Дендр, я отыскал инспектора Клея, всё ему рассказал и получил своё вознаграждение. Хаверли дали пять лет -сами знаете, что больше не дают - и опять отправили на Геран, в эти жуткие пещеры, откуда он вряд ли вернётся.
     Вот и вся история. Только не подумайте, что это история великой любви - Великой Любви - Ракитски к той женщине. Видите ли, Великая Любовь не может быть безответной. Что я имею ввиду? Ну, я ведь почти всё вознаграждение потратил на то, чтобы отыскать ту женщину - так она запала мне в душу. Представьте себе, нашёл...
     Она в баре космопорта планета Стант торгует своим телом. Вся в морщинах, под глазами мешки, пропахла дешёвой выпивкой и ругается как последний механик с захудалого транспортного звездолёта. Я даже не подошёл к ней, а вы говорите: "Великая Любовь"!