Млечный Путь
Сверхновый литературный журнал


    Главная

    Архив

    Авторы

    Приложения

    Редакция

    Кабинет

    Издательство

    Магазин

    Журнал


    Стратегия

    Правила

    Уголек

    Конкурсы

    FAQ

    ЖЖ

    Рассылка

    Озон

    Приятели

    Каталог

    Контакты

    Конкурс 1

    Аншлаг

    Польза

Рейтинг@Mail.ru

lesterwish.com



Дмитрий  Квашнин

Черная комната

    
1

    
     Максим познакомился с Леной на дне рождения своего институтского друга Миши. Он тогда только-только расстался со своей девушкой, и весь вечер пил пиво в углу комнаты, погруженный в невеселые думы. Его пытались утешить и Миша, и другие, но потом махали на Максима рукой и уходили. А он продолжал сидеть и отрешенно глядел на веселье.
     Тогда-то к нему и подошла красивая девушка. Он и раньше видел ее в институте, но не был знаком с ней лично.
     — Что скучаем? — спросила она.
     Максим пробубнил что-то нечленораздельное, чтобы девушка отстала от него, но она и не думала этого делать.
     — Ну не скуча-ай, — протянула она. — Пойдем к ребятам, там у них весело.
     В конце концов Максим сдался, и Лена все оставшееся время не отходила от него ни на шаг. А на следующее утро она даже позвонила ему, чтобы справиться о его здоровье.
     — Откуда ты знаешь мой номер? — удивился Максим, узнав, кто ему звонит.
     — Миша сказал, — невозмутимо отозвалась Лена.
     С тех пор юноша почти все свободное время проводил с Леной. Они учились в одном и том же институте, но на разных факультетах. Девушка училась на третьем курсе, а Максим — на втором. Они виделись в институте, за его пределами, заходили друг другу в гости. Лена водила Максима по различным кафе, по квартирам своих друзей, где они все время что-то праздновали: то дни рождения, то конец сессии, то государственные праздники... Но это была всего лишь дружба. Максим любовался Леной, ее светлыми волосами, рассыпавшимися по плечам, вечно веселыми серыми глазами, ямочками на щеках, которые появлялись, когда девушка улыбалась... Но чувства любви он к ней не испытывал. Лена тоже относилась к Максиму по-дружески — но не более того.
     После празднования дня рождения ее друга Ильи девушка довольно долгое время никуда не приглашала Максима, и он уже думал, что первого мая останется дома. Но не тут-то было: тридцатого апреля в квартире юноши раздался телефонный звонок.
     — Алло...
     — Максик, привет! — Только Лена называла его так. — Что завтра будешь делать?
     — Я хотел почитать кое-что к экзаменам...
     — Забудь, Максик! До экзаменов еще дожить надо! — Она рассмеялась.
     — А что ты предлагаешь? — спросил Максим.
     — Илья приглашает к себе праздновать первое мая. Поедешь?
     Лена, конечно, знала, что юноша не откажется.
     — Ну ладно, поехали...
     — Отлично! Тогда я завтра вечерком к тебе зайду, часов в пять.
     — Давай!
     — Ну, до завтра!
     — Пока.
     Максим был рад, что снова увидится с Леной. Но вот Илья... Почему-то этот человек ему совсем не нравился. Девушка выросла с ним в одном дворе, как она сама говорила, и очень дорожила дружбой с Ильей. Тот был старше ее на четыре года, но обращался к ней на “вы”. Да он ко всем обращался на “вы”. В общем, весьма странный человек был этот Илья.
    
    
2

    
     Как и было обещано, в пять часов Лена пришла. Она выглядела обворожительно. На ней было черное платье и черные туфли, волосы она перекрасила в черный цвет и уложила в какую-то причудливую прическу...
     — Ну, ты готов? — спросила она Максима, входя в квартиру. — У нас мало времени.
     Юноша еще некоторое время безмолвно любовался ею.
     — Подожди немного, сейчас оденусь, — сказал он наконец.
     Максим пошел в свою комнату, быстро переоделся и вернулся к Лене. Та уже разговаривала с мамой юноши.
     — Не беспокойтесь, Ирина Юрьевна, — говорила Лена. — Все будет в полном порядке.
     — Мама, ты опять?..
     Ирина Юрьевна обернулась к сыну.
     — Все-все, молчу, Максим. — Она подошла к сыну и поправила ему галстук.
     — Ладно, мама, мы пойдем, а ты не волнуйся, — сказал Максим, выходя из квартиры вслед за Леной. — И папа пусть не волнуется.
     — Хорошо, идите. — Ирина Юрьевна захлопнула дверь за сыном.
     — Красавец, — сказала Лена. — Впервые вижу тебя в черном костюме. По-моему, ты гораздо лучше смотришься, чем в светлом.
     — Я решил, раз уж ты вся в черном — даже волосы перекрасила, — то и я... Хотя, можно было бы надеть светлый костюм, для контраста...
     — Нет-нет, все и так отлично. Пойдем скорей, внизу машина ждет...
     Они выскочили из подъезда и сели в такси. Водитель — здоровый бородатый мужик — не говоря ни слова и даже не взглянув на пассажиров, развернулся и стал выезжать со двора.
     — Он знает, куда нам надо? — шепотом спросил Максим у Лены.
     — Конечно, — ответила девушка тоже шепотом. Затем уже громче добавила: — Вот, познакомьтесь. Алексей — Максим.
     — Приятно познакомиться, — сказал юноша.
     — Мне тоже... — Голос таксиста, однако, говорил об обратном. — Зовите меня просто Леха.
     — А как вы, Алексей, познакомились с Ильей? — спросила девушка.
     Водитель долго не отвечал на вопрос. Наконец проговорил:
     — Это долгая история. Думаю, вас, — он выделил последнее слово, — Лена, она не заинтересует.
     — Ну почему же? — удивилась девушка. — Расскажите, пожалуйста...
     — Нет.
     Лена и Максим переглянулись и пожали плечами. Больше с водителем Лехой они не обмолвились ни словом.
     Сначала, выехав за черту города, они километров пять двигались вдоль железной дороги. Затем свернули направо, в район коттеджей. Еще пятьсот метров — и машина наконец остановилась у ворот богатого дома. Ворота довольно скоро открыли, и из них вышел высокий молодой человек с рыжими волосами. Это был Илья. Он был одет в клетчатую рубаху и пиджак. Вместо брюк на нем были джинсы. Лена тут же выскочила из автомобиля. Максим уже стал открывать дверь, когда Леха схватил его за рукав.
     — Дам тебе один совет, парень, — сказал он, обернувшись к юноше. — Сваливай отсюда при первой же возможности, если сможешь. И Ленку свою забудь как страшный сон. Держись от этого... — он на некоторое время замолчал, — змеиного логова подальше. Ты еще не догадываешься, куда попал.
     — Алексей, вы...
     — Не сметь! — чуть не вскричал Леха. — Не сметь обращаться ко мне на “вы”! Этого ублюдка Ильи достаточно.
     Максим округлившимися глазами смотрел на таксиста.
     — Теперь иди.
     Но юноша продолжал сидеть на месте.
     — Убирайся, я сказал! Быстро!
     Максим открыл дверь и вышел из автомобиля.
     — Максим, друг мой! Я так надеялся, что вы осчастливите меня своим визитом, и мои надежды оправдались! — Илья, подойдя к юноше, пожал тому руку. — Прошу вас, проходите в дом!
     Максим встал рядом с Леной, а Илья подошел к машине.
     — Добрый день, Илья... Викторович, — услышал Максим слова Лехи, процеженные сквозь зубы, когда Лена повела его в дом.
     — Здравствуйте, Алексей, — отвечал Илья. — Вам не кажется, что вы поступаете плохо? Отработали бы деньги — и дело с концом... — Далее юноша уже ничего не услышал.
     “За что ж этот Леха так ненавидит Илью? — подумал Максим. — И почему он мне сказал убираться отсюда поскорей?” Но он отвлекся от этих мыслей, когда Лена ввела его в дом.
     Людей здесь было немало, точнее сказать, много. И они все прибывали и прибывали. Максим видел среди находящихся в доме своих сверстников, людей старше его и младше, здесь были даже два старика лет семидесяти и двое пятилетних детей. Лена познакомила его с половиной гостей, каждый из которых узнавал девушку, хотя некоторые знали ее только понаслышке. Имен большинства из них юноша все равно не запомнил, но память на лица у него была хорошая. Кто как мог, тот так и развлекался, юноша не заметил ни одного угрюмого лица. В доме царила веселая атмосфера.
     Затем Лена повела Максима в компанию своих ближайших друзей, которых Максим видел уже не раз. Он поздоровался с ними и сел за стол. Ему тут же подали бокал вина и предложили на выбор салаты.
     Тогда Максим вернулся к своим мыслям. О чем ему говорил Леха? Правда ли это? Что в этом доме вообще происходит? Кто такой Илья? Кто такая Лена?
     Максим посмотрел на девушку. Та разговаривала с подружками. Смеялась, пила вино. Обыкновенная девушка, такая же, как ее подруги. Странно, подумал Максим, почему же Леха предупреждал держаться от нее подальше?
     Юноша задавался все новыми вопросами, но не находил на них ответов. Спиртное почти не пил, салатов почти не ел, мало разговаривал, однако делал вид, что весел и беззаботен. Просто сидел и наблюдал, причем не только за Леной, но и за ее друзьями.
     Наконец он решил, что обязательно должен сам разобраться во всем. Подождал, когда Лена отлучится, и тогда ушел от веселой компании. Сначала Максим отправился на второй этаж. Там было несколько комнат, в которых играли в карты, пели под караоке... В две запертые комнаты юноша желал бы попасть, но это, к сожалению, не представлялось возможным. Тогда он спустился вниз и обследовал первый этаж. Кухня, гостиная, бильярдная — и тоже ничего интересного.
     Но тут Максим наткнулся на маленькую незаметную дверцу. Убедившись, что за ним никто не наблюдает, юноша открыл дверь. Плохо освещенная лестница, ведущая вниз, к еще одной двери. Подвал или еще что-то в этом роде. Вот как раз там и может быть что-нибудь заслуживающее внимания! Максим снова огляделся. Кажется, никто не обращал на него никакого внимания. Юноша скрылся за дверью.
     Медленно и осторожно спускался он вниз. Максим глядел на дверь, к которой приближался, и ему становилось страшнее и страшнее. Лестницу составляли тридцать четыре ступени — она довольно глубоко уводила под землю.
     Наконец юноша оказался перед тяжелой железной дверью. Максим потянул ее на себя, но безрезультатно: она была заперта. В небольшой проем между дверью и полом с той стороны шел воздух, холодный, как из могилы. Кроме того, до слуха Максима доносились приглушенные расстоянием звуки. Они очень сильно походили на змеиное шипение. Жуткое, заставляющее покрываться холодным потом шипение.
     У юноши волосы встали дыбом. Он вспомнил, что таксист Леха говорил ему: “Держись от этого змеиного логова подальше”. Что же там, за дверью? Просто змеи? Но Максим почему-то не верил в это. Нет, там не просто змеи, там что-то гораздо хуже, о чем ему даже думать было страшно.
     Он не намеревался оставаться здесь ни на секунду. Максим взлетел вверх по ступеням, так быстро, как только мог. Он ударил плечом в дверь, чтобы скорее выскочить отсюда. Заперто! Он толкнул ее вновь, но результат оказался тем же: дверь не поддалась.
     “Что делать? — думал Максим. — Меня здесь заперли! А если оттуда кто-нибудь или что-нибудь появится?”
     Он стал колотить в дверь, кричать, но никто не открывал. Более того, за дверью царила тишина! Как будто там вовсе никого не было.
     “Идиот! За мной следили и закрыли дверь, когда я сюда вошел! А я-то думал, что до меня никому и дела нет! Вот идиот!”
     Максим сел на холодный пол и стал думать, что делать в сложившейся ситуации. Надо вырваться отсюда любым способом. Теперь он был уверен, что Леха не обманул его, и что в этом проклятом доме действительно происходит нечто ужасное.
     Он решил обдумать, как бежать отсюда, но его мысли возвращались к шипению, которое он слышал. Что там такое? Воображение уже рисовало Максиму картины того, какие ужасы могут скрываться за той дверью. Его сердце бешено колотилось, и юноша сжался в комок от страха.
     Неожиданно погас свет. Теперь было не только тихо как в могиле, но еще и темно. Шипение стало слышно даже здесь, Максим с ужасом осознал, что звуки раздаются уже у самой двери. Максим медленно обернулся к лестнице. Дверь, к которой выводила лестница, бесшумно отворилась. С той стороны царила такая же непроглядная тьма. Из-за двери вышли двое, один другому что-то сказал, и Максим с невероятным облегчением узнал, что это люди. Шипение неожиданно куда-то исчезло. Люди стали подниматься вверх по лестнице. Юноша вжался в стену. Может, они пройдут мимо, не заметив его? Тогда, возможно, он выскочит отсюда вслед за ними.
     Шаг. Еще шаг. Еще шаг. Вот неизвестные уже совсем близко от юноши. Он затаил дыхание. Главное — ничем не выдать себя. Пока, видимо, у него это получалось, потому что один из людей уже прошел мимо юноши.
     — Что же вы сидите здесь в одиночестве, Максим? — спросил второй, поравнявшись с молодым человеком.
     Сердце чуть не выскочило у Максима из груди. Тут же включился свет, и юноша увидел, кто перед ним.
     Это был Илья — вне всяких сомнений. Но почему-то он был в черном балахоне с капюшоном на голове.
     — Помилуйте, что же вы тут делаете?
     Юноша молчал. Он перевел взгляд на второго человека. Это был, видимо, помощник Ильи. Лена знакомила Максима с ним.
     — Что же вы молчите, друг мой? Виталий, дайте нашему гостю вина, оно успокоит его.
     Помощник Ильи подал юноше бутылку, из которой Максим тут же вылил себе в рот приличную порцию. И уже через миг юноша понял, что в вино что-то подсыпали.
     — Вот и хорошо, — сказал Илья. — А теперь, Виталий, можете нести его к нам. Наконец-то вы, Максим, попадете туда, куда хотели попасть.
     Смысл этих слов молодой человек уловил с трудом, но все же уловил. Куда это его собираются нести? За дверь?! Он попробовал встать, но ноги не слушались, руки тоже налились неимоверной тяжестью. Взор его помутнел, голова бессильно упала на грудь.
     — Отлично. Виталий, отнесите его. А я пойду прощаться с гостями...
     Помощник Ильи взвалил бесчувственного юношу на плечо и стал спускаться вниз.
    
    
3

    
     Максим почувствовал, что его пинают в бок.
     — Просыпайся, Максик!
     “Лена?”
     — Давай-давай, родной!
     Молодой человек открыл глаза. Он лежал посреди странной круглой комнаты, прямо напротив сидел человек со связанными за спиной руками. Максим не сразу узнал в нем Леху. Лицо его было изранено, все тело в синяках.
     — Поднимайся! — послышался над ухом голос Лены.
     Максим поднялся. Голова гудела. Он застонал, хотел обхватить голову руками, но почувствовал, что они, как и у Лехи, связаны у него за спиной.
     — Говорил же я тебе, парень, вали отсюда, — сказал Леха. — Не послушал ты, — он горько усмехнулся, — мудрого совета.
     Максим огляделся. Вокруг них на скамьях сидели люди в черных балахонах. Всего их было двадцать человек, лицо каждого скрывал капюшон, но Максим знал, что это друзья Ильи и Лены. За их спинами на черных стенах висели светильники в виде змеиных голов, которые едва-едва разгоняли тьму. Слева от Максима стоял Илья, как и другие, в черном балахоне. У него за спиной юноша увидел огромную змеиную голову с разинутой пастью, сделанную из железа. Шея-труба уходила под пол.
     Лена стояла рядом с Максимом и смотрела на него. Вроде бы в ее глазах затаилась грусть... Максим решил, что ему показалось, и отвернулся.
     — Леночка, сядьте, пожалуйста, на свое место, — сказал Илья.
     Девушка повиновалась.
     — Добро пожаловать, Максим. Наконец вы попали туда, куда стремились. Мы сейчас находимся довольно далеко от поверхности земли, а лично вы, возможно, спуститесь еще ниже. — Илья перевел взгляд на человека, сидевшего перед Максимом. — Ах, Алексей, Алексей... Чего же вам не хватало?
     Леха угрюмо смотрел на Илью.
     — Вы задолжали мне денег. Ну так что ж?.. Отработали бы долг, да я бы и отпустил вас с миром.
     — Знаю я, — сказал Леха, — как бы ты, гнида, меня отпустил...
     Илья был невозмутим.
     — Ну, Алексей, зачем же так грубо? Незачем вам было лезть в наши дела, совершенно незачем.
     Леха что-то пробормотал, но никто его слов не услышал.
     — И зачем вы мальчика предупреждали? Разве это помогло?
     Максим посмотрел на Леху. Тот не отводил глаз от Ильи.
     — Вы что же, Алексей, возомнили себя новым Черным Убийцей? Черный Убийца был один-единственный, и другого не будет. Он немало попортил крови нашему брату, но умер несколько тысяч лет назад, и с тех пор подобного ему не появлялось на Земле.
     Илья начал ходить по комнате вдоль скамей.
     — Вы, конечно, молодец, Алексей. Я восхищаюсь вами, правда-правда! Перелопатили кучу литературы, нашли древние источники, узнали много нового, но к чему все это? Вы же все равно умрете...
     — Я знаю, кто ты, гад ползучий, — процедил Леха.
     Илья только расхохотался.
     — И что дальше?.. Здесь все знают, кроме, разве что, Максима...
     — Ты не просто руководитель секты змеепоклонников...
     — Да, — согласился Илья.
     — Ты сам — Змей! — Леха плюнул в сторону Ильи.
     Максим от ужаса застыл на месте. Так вот чье шипение он слышал! И теперь ясно, почему оно так неожиданно прекратилось!
     Леха тут же получил ногой в лицо и опрокинулся на спину.
     — Вы переходите границу, Алексей! — вскричал Илья (отныне Максим не мог назвать это существо человеческим именем). — Зачем же пугать нашего гостя? Он и так уже не знает, куда деваться от страха.
     — Пусть привыкает, — произнес Леха, снова садясь. — Он же еще увидит твое истинное лицо...
     Илья махнул рукой.
     — Да что вы, Алексей... Пока я сам не захочу, никто его не увидит...
     Леха молчал, губы его скривились в злорадной улыбке. Илья посмотрел на него, и глаза его округлились от ужаса.
     — Я знаю слова...
     Илья пару секунд глотал воздух, не в силах что-либо сказать.
     — Откуда ты знаешь?! — наконец выкрикнул он. — Откуда ты смог это узнать?!
     Илья рванулся к Лехе, чтобы заткнуть ему рот, но не успел: тот негромко, но быстро произнес четыре слова, смысл которых не был ясен никому. В установившейся тишине всем показалось, что эти слова эхом отдаются от черных стен.
     Лицо Ильи скрылось в черном тумане, все его тело затряслось, капюшон слетел с головы, и через несколько мгновений все увидели вместо человеческого лица морду огромной змеи. Люди, сидевшие на скамьях, повалились на пол, а змеечеловек бросился к Лехе и впился клыками ему в горло. Яд мгновенно убил несчастного.
     Максим смотрел на происходящее с ужасом и отвращением. Вместо Ильи перед ним предстало существо с телом человека и мордой змеи.
     — Вс-с-станьте, дети мои, — произнес змеечеловек низким голосом.
     Сектанты поднялись с колен.
     — Вы хорош-ш-шо с-с-служили мне... Но теперь время мне с-с-сгинуть... Это наш-ш-ша пос-с-следняя вс-с-стреча...
     Они внимали ему с таким подобострастием, что Максим удивился, как человек — человек! — может настолько низко пасть.
     — Я ещ-щ-ще вернус-с-сь, я найду вс-с-сех... А теперь, Лена, прош-ш-шу вас-с-с...
     Девушка поднялась со своего места и подошла к Максиму. Он даже не взглянул на нее.
     — Максим, — она впервые его так назвала, — прошу, послушай меня. Ты можешь остаться с нами, можешь остаться со мной...
     — Ты предлагаешь мне присоединиться к вам?.. — спросил юноша, так и не подняв головы.
     — Да, — ответила она. — Соглашайся, прошу тебя.
     — Нет, Лена. — Он помотал головой. — Вы предлагаете мне поклоняться Змее. Да уж лучше смерть, пусть и такая ужасная, какую вы уготовили мне...
     — Жаль...
     Максим все-таки поднял голову и посмотрел на девушку. Что это? Сочувствие? Какое к чертям сочувствие!
     — Это мне жаль вас, Лена, — сказал юноша.
     На несколько мгновений воцарилась тишина, которую нарушил змеечеловек:
     — Макс-с-сим, вы с-с-сами выбрали с-с-смерть.
     Лена вернулась на свое место, а к Максиму подошли два человека в черных балахонах. Они развязали юноше руки и потащили его к железной змеиной голове с раскрытой пастью.
     — Вы, Макс-с-сим, предназ-з-значаетес-с-сь моим маленьким братьям...
     Затем змеечеловек что-то зашипел на своем языке, а юношу запихнули в пасть змеи. Он полетел вниз и упал во что-то теплое и липкое. Это была слизь.
     Максим оказался в полнейшей тьме, откуда-то сверху приглушенно доносились странные слова, произносимые змеечеловеком нараспев. Юноша обнаружил, что земляной туннель, в котором он оказался, уводит в глубь земли. Он мог идти только в одну сторону. Но не пошел. Зачем? Ведь “маленькие братья”, о которых говорил змей и которых он, по-видимому, сейчас призывал, сами найдут юношу. Он просто сидел в ужасно воняющей слизи и ждал конца. Он уже смирился со смертью, и теперь боролся с запредельным ужасом, объявшим его душу. Юноша с большим трудом подавлял в себе желание закричать.
     Скоро послышалось шипение, от которого мурашки пробежали по телу Максима. Сотни ползучих тварей двигались в его сторону. Он различал в темноте копошащуюся массу, издающую отвратительные звуки, от которых юношу передергивало. Это была самая ужасная смерть, которую он мог себе вообразить. Да нет, такой смерти он даже вообразить-то не мог!
     — Будь ты проклят, поганый змей! — вскричал Максим, вскочив на ноги. Все-таки он не выдержал. — И вы все, змеепоклонники!
     Затем молодой человек стал выкрикивать слова, которые произнес Леха. Волна надвигающихся существ отхлынула и громко зашипела. Юноша вновь и вновь повторял слова, но это уже было тщетно: через некоторое время существа снова стали приближаться к жертве. Скоро Максим бросил бесплодные попытки и сел в слизь.
     Отвратительные “маленькие братья” уже копошились у его ног...
    
    
4

    
     ...Коттедж горел. Когда огонь потушили, выяснилось, что в доме во время пожара был только один человек. Среди дымящихся развалин нашли обгорелое тело; установить личность не удалось, но это мог быть Алексей Уланов, работавший в последнее время водителем такси. Его автомобиль стоял перед воротами. Точно известно, что без вести пропавший Максим Липинский был в этом же доме до пожара, но ни его самого, ни его труп не нашли. Его подруга, Елена Асманова, утверждает, что не знала, где он находится, когда уходила с вечеринки. Спустя три недели после этого происшествия Елена Асманова исчезла из города. Ходили слухи, что она перебралась в соседнюю область. Сам же хозяин сгоревшего дома пропал без вести.
     Расчистили вход в подвал, спустились к первой двери, открыли ее. За ней оказалась винтовая лестница, которая привела к еще одной двери. С новым препятствием справились с большим трудом, и когда дверь наконец открыли, нашли за ней странную комнату с обвалившимся потолком. Остатки черных стен не поведали, для чего это помещение было нужно.
     При осмотре квартиры Алексея Уланова были найдены книги о пресмыкающихся, также обнаружились рукописные переводы отрывков из “Некрономикона” Абдулы Аль-Хазреда и “Книги Эйбона”, в которых речь шла о древней расе Змей, Которые Говорят, и даже полный текст “Слова о Змие” монаха Феодосия Темного.
     На письменном столе лежал лист бумаги, на котором были написаны и несколько раз подчеркнуты четыре слова:
     “Ка нама каа лайерама”.