Млечный Путь
Сверхновый литературный журнал


    Главная

    Архив

    Авторы

    Приложения

    Редакция

    Кабинет

    Стратегия

    Правила

    Уголек

    Конкурсы

    FAQ

    ЖЖ

    Рассылка

    Озон

    Приятели

    Каталог

    Контакты

Рейтинг@Mail.ru



 





 

Михаэль  Лайтман

О материнстве и воспитании

    
Беседа ученого каббалиста Михаэля Лайтмана с преподавателями Академии каббалы Михаилом Санилевичем и Евгением Литварем 6 августа 2007 года

    
    
     ОТНОШЕНИЕ ЧЕЛОВЕКА К МАТЕРИНСТВУ
    
     Е. Литварь: Чем можно объяснить, что человечество, развиваясь на протяжении всей своей истории, становится злее, грубее, жестче и, тем не менее, отношение к материнству у всех народов, у всех культур, у всех религий – большое, серьёзное уважение? Откуда это берётся в человеке?
     М. Лайтман: Это природное и от нас не зависит. Такое отношение к материнству передается через воспитание человека в семье. Его любовь к матери, и любовь матери к нему, защита, которую он получает от нее, потом переходят в отношения между мужем и женой. Муж видит в жене в какой-то степени мать, а она относится к нему не только как к мужу, но частично как к ребенку. Это все передается. Соответствие между полами очень сложное.
     Но, кроме того, уважение к женщине обусловлено необходимостью продолжения рода, мужчина видит в женщине не только объект сексуального удовлетворения, а партнера для существования, жизнеобеспечения. Я говорю уже с эгоистической, с обычной, здоровой, животной точки зрения.
     Мы знаем, как было в прошлые века: женщина была необходима для продолжения рода, для того чтобы был наследник. Выбирали ее по здоровью, по ее способностям к продолжению рода. Но даже при таком чисто потребительском отношении к ней, все равно, женщина всегда пользовалась уважением. Уважение передается от сына, который воспитывался у матери, и далее, потому что и в своей жене он видит в какой-то мере мать.
     В качестве примера я приведу случай, который произошёл со мной. Я воспитывался как обычный мальчишка, но, правда, много читал и занимался в научных кружках, и видел себя ученым в будущем. Поступил в институт. На втором курсе у нас был профессор Свядощ, который потом выпустил двухтомник «Сексуальное поведение мужчины. Сексуальное поведение женщины». Он работал в Ленинграде в большой психиатрической клинике и преподавал у нас физиологию, психологию и анатомию. Своих студентов он очень любил водить по всяким медицинским учреждениям.
     Мы изучали предмет биомедицинская кибернетика. Он нас водил по медучреждениям, поскольку мы, будущие биотехники, должны были знакомиться с медиками и с оборудованием. Мы много раз были с профессором Свядощем в его психиатрической клинике, в моргах («Ленинградский», против Витебского вокзала, большой морг), в роддомах. Потом, в роддоме № 4, я написал одну из своих работ.
     Нас завели туда, девятнадцатилетних мальчишек, второкурсников (только-только), на роды, причем, роды очень тяжелые. Женщины там лежали сутками и не могли родить. В то время и лекарства, и оборудование были не на высоком уровне. Я имею в виду где-то 1965-ый год.
     Когда я первый раз увидел эти роды, я настолько был потрясён, что у меня сразу же изменилось отношение к женщине, - я с уважением начал относиться к ней. Когда мужчина присутствует при родах, то это по-особенному им переживается. Еще в такие годы!
     На меня ни морг, ни даже психиатрическая лечебница, где лежали и бегали вокруг тебя связанные люди с ужасными гримасами, не произвели такого сильного впечатления. Он специально нас водил в подобные закрытые отделения.
     Но вот, что действительно произвело сильнейшее положительное впечатление на всю жизнь – так это восприятие того, как в муках рождается человек. Там действительно мы видели очень серьезные патологии: переднеплодное прилежание плода, и другие тяжелые случаи. Профессор Свядощ специально провел нас по такому отделению.
     Я бы сделал это со всеми юношами! Я бы их провёл по всем таким местам: и по психиатрической клинике, и по моргу, и по роддому.
     Кроме того, Свядощ нас водил в «Регистрационный информационный управляющий комплекс» (РИУК) – первый в России. Показывал, как делали операции на открытом сердце с использованием этого комплекса.
     Он этим для нас очень много сделал, хотя совершенно не обязан был это делать. И я ему очень благодарен, потому что такая забота о том, чтобы показать нам на практике, как общество занимается людьми, как оно их восстанавливает, как оно их рожает, принимает в жизнь, как заботится о потерявших рассудок, как оно их хоронит, – четыре таких острых примера. Это очень здорово нас поставило: вся группа выровнялась сама по себе изнутри, и особенно, я сразу же почувствовал, прибавилось уважительное отношение к женщине.
    
     ДУХОВНЫЙ КОРЕНЬ МАТЕРИНСТВА
    
     Е. Литварь: Почему практически любая женщина, становясь матерью, даже если она не очень-то и хотела этого (допустим, пошла навстречу мужу или чтобы укрепить семью, или еще с какой-то целью родила), любит, холит и лелеет своего ребёнка. Имеются здесь духовные корни или это психологический фактор?
     М. Лайтман: Мы видим то же самое у животных. Ничего духовного здесь нет. Абсолютно ничего! А почему должно быть что-то духовное? Почему вы привязываете это к духовному? Надо смотреть на человека, как на продукт природы, который находится в этом состоянии на животном уровне. Ничего духовного в нем нет.
     Духовное – это то, что мы сами в себе можем взрастить, если у нас появляется к этому внутренняя потребность, так называемая «точка в сердце». Если в человеке не появляется такая точка в сердце, зародыш его будущей души, то тогда он – всего лишь животное, ничем от других не отличающееся, кроме, как немножко большей внутренней системностью, не более того. Так что, не надо в нем искать ничего сверхъестественного. У любого вида в нашем мире происходит то же самое.
     Есть виды, которые, для того чтобы родить, умирают. Есть рыбы, которые идут на нерест, проплывая сотни, тысячи километров и после нереста гибнут. Это – природа, которая гонит нас вперед инстинктом, и мы тут ничего сделать не можем. Мы в нашей жизни действуем только под жестким давлением природы.
     Посмотрите, как мы сидим, как мы разговариваем. Внутри нас происходит непрерывное вычисление – как нам лучше: так или эдак. Это всё природа, таким образом в нас взаимодействуют наши системы. И не надо в этом искать ничего духовного, сверхъестественного – машина!
     Е. Литварь: Эта машина управляется по законам Высших миров? Или по законам этого мира?
     М. Лайтман: По законам нашего мира. Это – животное тело. Но это животное тело на последнем его уровне (на уровне человек) подразделяется: на неживой человек, растительный человек, животный человек и человек человеческий.
     У тех людей, которые дорастают до уровня человека в человеке, постепенно рождается точка в сердце, устремление к еще более высокому уровню. Тот уровень, уже действительно, «запредельный», находится выше нашей природы и на него с нашими «законами в лаптях», что называется, не влезешь. Там уже нужно работать над собой очень серьезно по определенной каббалистической методике. Но это все относится к душе, к духовной сути человека. А то, о чем мы говорим, относится к его животной сути, и в этом ничего сверхъестественного, особенного и духовного нет.
    
     СТРАДАЮТ ЛИ ДЕТИ ЗА ГРЕХИ РОДИТЕЛЕЙ
    
     Е. Литварь: Почему маленькие дети страдают за грехи родителей? И страдают ли они действительно за грехи родителей?
     М. Лайтман: Мы все родились с определенными свойствами, которых не выбирали, затем мы воспитывались у родителей, которых тоже не выбирали; которые воспитывались тоже в свою очередь у каких-то своих родителей и затем в яслях, в школах, в обществах, которые тоже не выбирали, а так уж оказалось; и поэтому мы получили наших родителей уже готовыми из того общества, которое их подготовило. И поэтому они, в свою очередь, воспитали нас таким же образом, а мы, в свою очередь, также будем воспитывать своих детей. И не на кого списывать грехи, кроме как на природу. И обвинять в этом совершенно некого – ни наших родителей, ни родителей наших родителей, никого.
     Все мы являемся следствием непрерывного развития: постоянного, поступенчатого, причинно-следственного. И каждый человек в этом совершенно неволен. Нет свободы воли в нашей земной жизни на земном уровне – абсолютно некого винить. Поэтому забудем о том, что в нас плохого, что в нас хорошего от окружающих: родителей, воспитателей, первой учительницы, или от кого-то другого. Получил я это и всё – так написано на моей судьбе. Получил!
     А вот что я сделаю дальше, если во мне сейчас возникнет вопрос: «А для чего я? Почему я? Зачем я? Есть ли какое-то у меня Высшее, большее предназначение, чем просуществовать и уйти из этого мира?». Если у человека возникает ощущение предназначения чего-то Высшего для себя, тогда он уже не обращает внимания на «откуда он», и «что он», и «как он». А должен сейчас же брать и использовать себя для достижения Высшей цели, которую он ощущает, как-то видит перед собой.
     Поэтому, ни в земной жизни, когда мы развиваемся, нам нечего на кого-то пенять и оборачиваться назад, ни тем более в духовной жизни, если мы развиваемся, нечего обращать внимания на наши земные свойства. Все начальные условия даны, с ними и необходимо работать, никуда от этого не денешься. Почему? Этого все равно сейчас не узнать.
     Каббалисты, выходя на более высокий уровень, видят из него и наш мир, и Высший. Они могут по человеку видеть – откуда он, кто он, какое свойство души, почему такое-то тело появилось в нашем мире с такими-то свойствами, в таком-то обществе, с такими-то определенными заданными внутренними и внешними параметрами, чтобы затем в нем возникло устремление создать в себе душу, развить ее и при этом прослужить определенным образом всему человечеству. Это уже «высший пилотаж».
    
     СВОБОДА ВОЛИ
    
     М. Санилевич: Мы неоднократно затрагивали тему «свобода воли».
     М. Лайтман: Она постоянно возвращается. Потому что, если есть свобода воли, тогда есть о чем говорить, а если нет, то не о чем и говорить. Что толку? Будем нормально существовать, в каждый момент времени, пытаясь извлечь для себя наибольшую, оптимальную пользу. Если есть свобода воли, – для чего-то она дана нам, для реализации какой-то особой цели, – тогда нужно выяснить эту цель и начать реализовывать свободу, и тогда в ней мы сможем что-то сделать. А если ничего не можем сделать – тогда остаётся спокойно прожить и все. Что поделаешь? Значит, человек ничем не отличается от животного. А потому выяснение свободы воли – задача краеугольная.
     М. Санилевич: Получается, что человеку намного легче жить, если он знает, что в этом, в этом и в этом он вообще не свободен, а свободен в чем-то одном?
     М. Лайтман: Конечно.
     М. Санилевич: Если человек знает, что все болезни, неприятности, всё, что происходит с ним в жизни, он изменить не может, тогда зачем суетиться?
     М. Лайтман: Наше земное существование дает нам практическую возможность прийти к такому выводу. Мы видим, что с чем большим количеством болезней с большим успехом мы боремся, тем с большим количеством новых и более тяжелых болезней мы должны иметь дело, то есть ничего не помогает. Мы видим, что простой «в лоб», что называется, способ улучшить нашу жизнь, как-то себя оградить от зла, приблизить добро или еще что–то сделать – ничего не даёт.
     А свобода воли – это та граница, которая отделяет человека от животного. То есть, если человек, который в нас, находится под этой границей, он еще на животном уровне, если над этой границей - человек. «Человек» – то есть свободный. Вообще «Адам» в переводе означает «подобный Творцу» (от слова «домэ» – «подобие»). Поэтому человек, раскрывший для себя смысл человеческого существования в том, чтобы сделать себя подобным Творцу, подняться до уровня Творца, использует для этого все возможности, которые у него есть в этом мире, реализует себя, делает себя человеком. В этом и заключается реализация свободы воли. Все остальные действия, не направленные на подобие Творцу, не являются свободными ни в чем. Единственное, что мы не видим их явно и находимся в иллюзии свободы воли.
     А насчет нашей жизни – когда разделяешь ее на ту часть, в которой ты что-то делаешь на самом деле, и на ту часть, которую ты видишь, что она от тебя не зависит, то на это есть очень красивая древняя молитва: «Боже, дай мне силы изменить то, что в моих силах. Дай мне разум не делать того, что не в моих силах. И дай мне просветление отделить одно от другого.
     Отделить одно от другого - это очень много значит. Отделить там, где я не свободен, от того, где я свободен, понять, осознать, что там, где я несвободен, не надо этого и касаться, а вот там где я свободен – реализоваться.
     М. Санилевич: Человек должен для себя сам выяснить, где он свободный и где несвободный?
     М. Лайтман: А кто же еще за него может?
     М. Санилевич: Человек с улицы выяснить это не может. То, что Вы говорите не доказательство для него.
     М. Лайтман: Не может, потому что ни в какой школе его этому не научат. В каббалистической – да.
     М. Санилевич: То есть он должен сам проверить и убедиться? Но это может занять всю жизнь.
     М. Лайтман: Во-первых, а для чего еще жизнь, если не для этого: или существуй, как буренка, с красивым колокольчиком, или пытайся сделать из себя человека. Именно для этого и дана вся жизнь - от нуля и до твоего конца. А для чего еще?
     Нечего думать о том, что это с сегодня на завтра ты решишь. Это повседневная реализация и доведение себя до уровня Творца. Причем, это, может быть, звучит нагло, фантастически, но это на самом деле так, – до абсолютно полного уровня Творца. Поэтому человек изначально так и называется человеком, что должен достичь подобия Творцу.
     Теперь о том, как это делается. Только лишь чтением – изучением каббалы. Ничего больше не надо. Начинай с этого, а всё остальное ты найдёшь в книгах.
     Никаких ограничений, никаких особых упражнений, тем более физических, никаких изменений в своей жизни ты не должен делать ни сейчас, ни потом. Под этим я тебе подписываюсь заранее. Ни один человек не должен ничего менять: ни профессию, ни семью, ни род занятий, ни религию, ни какие-то вкусы – ничего. Если каббала тебя изменит в чём-то, так это в твоем более серьезном, правильном отношении к жизни, вернее в её правильной реализации.
     И тогда естественно, что ты будешь по-другому видеть себя, людей, мир, и немножко по-другому ко всему этому относиться, но зато внутри своей свободы воли, внутри своих внутренних открытий начнешь ощущать Высший мир, Творца. В мере подобия Ему, ты вдруг начнешь обнаруживать свою принадлежность, свою связь.
     Е. Литварь: Мы поделили людей как бы на две категории: на "животных", на тех, кто стремится стать Человеком или уже стал Человеком.
     М. Лайтман: Мы все в этой жизни в этом мире до того момента, пока у нас возникает вопрос о реализации свободы воли, вопрос «для чего и почему я живу» все являемся животными. "Животными" – это не ругательство, "животными" – имеется в виду автоматически существующими. Даже если нам кажется, что мы не автоматически существуем: «Ну, как же?! Я выбираю в какой институт поступить, где мне в будущем работать, с кем встречаться, как проводить время. Вот сейчас передо мной существует несколько возможных вероятностей – я могу или это, или это. Что я буду сегодня вечером делать? Могу пойти в кино, в бар, погулять с товарищами, встретиться с девушкой, посидеть дома, почитать книгу, библиотека, ресторан – все, что хочешь».
     Е. Литварь: Выбираю же я!
     М. Лайтман: Иллюзия, дорогой мой. Потому что в данный момент перед тобой происходит сканирование этих возможностей в соответствии с твоими потребностями и в соответствии с твоими всевозможными данными. Все это складывается – вычитается, и в итоге появляется результат как в любой вычислительной машине.
     Ты этот окончательный результат не знаешь. Он в тебе может формироваться как бы спонтанно, подсознательно, и вдруг выдаваться тебе в ощущении, в осознании, и ты это принимаешь за собственное решение, так же, как любое другое.
     Допустим, через минуту тебе чего-то захочется. Откуда появилось это «захочется»? Я захотел. Кто-то внутри тебя что-то переключает, и ты вдруг говоришь: «Я захотел». Но откуда вдруг захотелось, если раньше этого не было у тебя? И вдруг ты почувствовал, в тебе всплыло это желание, эта мысль. Откуда она всплыла?! Из моего подсознания. Что значит «из твоего»? Кто решил, что оно должно всплыть?
     Вот тут-то мы и начинаем ощущать себя не простыми, а состоящими из многих каких-то слоев, в которых непонятным нам образом зарождается наш интеллект, желания, ощущения, и как затем они между собой перемешиваются, каким образом поднимаются к нам, вызывают в нас всевозможные порывы, толчки, отношения, а самое главное – в соответствии с тем, как во мне возникают всевозможные ощущения, я вижу иную картину мира. Я вижу то, что я хочу видеть, а то, что не хочу, я не вижу. Или я вижу то, что мне угрожает, если я настраиваю себя на это, а все остальное тогда тоже не вижу. То есть у меня и зрение, и восприятие действительности очень субъективное, отфильтрованное.
     И поэтому нельзя говорить о том, что каждый из нас видит один и тот же мир. Все, что в нас происходит, происходит изнутри, благодаря какому-то особому, настроенному не нами механизму. И сами мы, когда оглядываемся назад, с трудом можем согласиться с тем, что: «Это был я? Это я так делал? Это я так поступал? Это был какой-то совсем другой человек, не я».
     Е. Литварь: Такое бывает.
     М. Лайтман: Вот такое у нас ощущение. Потому что «жизнь моя, иль ты приснилась мне». Потому что это на самом деле был не я.
    
     КАК ПРАВИЛЬНО ВОСПИТЫВАТЬ РЕБЁНКА
    
     М. Санилевич: Вопрос такой: «Мы с женой задумали, наконец, родить первого ребенка. Перечитали почти всю литературу о воспитании, голова идет кругом. Подскажите, что каббала считает главным в воспитании ребенка?»
     М. Лайтман: Главное, чтобы ребенок понимал, что ты к нему относишься не с чувством абсолютной любви, как хочется тебе, а с чувством истины, при которой любовь и требования взаимно уравновешены для его пользы.
     Если ты будешь к нему так относиться, то двухнедельный, трехнедельный малютка подсознательно (естественно, откуда у него есть какие-то возможности что-то принять, что-то уловить от тебя), как маленькое животное от большого, воспримет твою норму поведения, которая не исходит из спонтанного чувства любви, не зависит от усталости или от радости, а только направлена на правильное его развитие. Если чувство твоей любви будет уравновешено чувством строгости, и ты всегда будешь на него смотреть с точки зрения объективности, для его пользы, то он это будет также воспринимать «по средней линии», как говорится в каббале.
     Правая линия – это бесконечная, неограниченная ничем любовь. Левая линия – это линия суда, принуждения, ограничения, потому что ты работаешь с тем, в ком находятся огромные эгоистические желания, и сам ты эгоист – у него существует огромная потребность в твоей любви, и у тебя существует потребность в любви к нему. Так вот, когда эти две взаимно исключающие линии поведения (правая и левая) идут параллельно и правильно между собой взаимодействуют: от тебя к младенцу, младенец воспринимает твое правильное поведение и как маленький локатор правильно тебя улавливает, и таким образом воспитывается.
     Если ты в младенце или в более взрослом ребенке, который уже бегает, прыгает, кричит, ломает, хулиганит (мальчик пяти-шести лет или больше) вызвал такое отношение, то ты заставил его найти в себе те же линии поведения относительно тебя, когда он улавливает: «Сейчас ко мне так относятся, а сейчас так. Почему так? Уравновешенно. Таким образом, другим…», – ты его начинаешь воспитывать этим, он начинает постепенно, поневоле на тебя смотреть и тем самым воспитываться. Ты его как бы ведешь двумя вожжами, и он начинает понимать, что это за две вожжи, которыми ты управляешь, и начинает сам управлять собой и понимать, почему так происходит, – вот в этом-то и заключается воспитание человека. Но для этого надо воспитывать сначала родителей.
     Е. Литварь: Выходит, что главная задача в воспитании – приучить ребенка, чтобы он сам себя воспитывал, сам определял свой следующий шаг?
     М. Лайтман: Он будет это делать, если ты его так настроишь. В нем существуют такие внутренние предпосылки. Он должен найти эту систему поведения между правой и левой линией. Мой Учитель, рав Барух Ашлаг мне рассказывал, как его воспитывала бабушка.
     Он в чем-то провинится, допустим, сегодня. Она его зовет через два дня – пацана, которому пять-шесть лет, который уже не помнит, что такого два дня назад произошло (у него нет такого понятия) и говорит:
     – Барух, ты помнишь, что произошло два дня назад? Ты тогда совершил такой-то проступок. Помнишь?
     – Да.
     – Ты помнишь, я на тебя не ругалась?
     – Да, помню.
     – А теперь ты должен получить наказание. Ну-ка, снимай штаны.
     Спокойненько, через два дня после того как произошло! То есть она его таким образом учила. Он запомнил это, и остался ей благодарен. Когда он рассказывал, то я это чувствовал, тем более что он и сам говорил: «Как я ей благодарен».
     Через два дня, когда ты видишь, что ей больно оттого, что она тебя наказывает, что у нее наказывать тебя нет никакого желания – это не «под горячую руку», что называется, «попался», никакой злости, ничего нет, она его, вопреки своему желанию, страдая при этом, учит, что за плохое поведение должно быть наказание. Ты представляешь, что это такое?
     Это - не просто вести вот так маленького человечка, это – ты сам себя должен вести.
     М. Санилевич: Если человек любит ребёнка, как он может объективно относиться к нему? Это же невозможно.
     М. Лайтман: Именно в этом и заключается любовь – в том, что ты хочешь его правильно сформировать. А в чем же ещё заключается любовь? Чтобы в данный момент дать ему все, что угодно? Нет ничего более худшего, мы знаем, что из этого выходит.
     Посмотри, как англичане – аристократы решили вопрос воспитания своих детей. Я был в английских колледжах. В этих колледжах утром зимой всех заставляют мыться холодной водой, в душах нет горячей воды. Сидят на дубовых лавках. И едят из фарфоровых тарелок, наверное, двухсотлетней давности – все в трещинах. Неприятно смотреть. Отдают туда своих детей и за это огромные деньги платят.
     У них до недавнего времени даже в армии были еще разрешены побои, где-то до пятидесятых годов прошлого века.
     Я не говорю, что это было правильное воспитание, конечно, не каббалистическое, не основанное на знании духовных корней. Но разделить своё поведение на строгость и на любовь, правильно противопоставить одно другому, выстроив между ними среднюю линию для пользы того, к кому это обращено, – это называется «любить ребенка».
     Отношение взрослого к маленькому ребенку очень серьезное, очень сложное, очень напряженное. Оно должно быть постоянно под самоконтролем, то есть это взрослого сначала надо воспитывать. Ему необходимо понять каким он должен быть.
     Ребенок с первых дней своего существования, подобно маленькому зверёнышу, сделан так, что чувствует взрослого, и в нем уже заложены качества трех линий. Эти вожжи – правую и левую – он будет чувствовать подсознательно, инстинктивно, еще не раскрыв глаза, слепой, еще ничего не слыша, как в первые дни, но уже будет это улавливать.
     М. Санилевич: То есть, не изменив себя, родитель не сможет правильно воспитать ребёнка?
     М. Лайтман: Не изменив себя, ничего не сделаешь с ребенком. Ты его искалечишь. А с какой внутренней модели ты сможешь к нему обращаться?! У тебя должна быть эта внутренняя модель правильного соответствия правой и левой линии, чтобы обращаться к нему.
     Любовь и строгость, их правильные взаимоотношения, сначала должны быть в тебе адаптированы так, чтобы твой эгоизм этому не мешал, чтобы ты был над ним, потому что и любовь ребёнка к тебе, и твоя любовь к нему (это тоже эгоизм) будут тебе мешать.
     Е. Литварь: Вы несколько раз употребили понятие «правая и левая линии». Вы из каббалы перенесли эти понятия в воспитание детей?
     М. Лайтман: Да. На земной уровень.
     Е. Литварь: То есть, когда Вы говорите на обычном языке, то под этим подразумеваете нечто более Высокое?
     М. Лайтман: Конечно, но это уже другой уровень. Это растить не маленького человечка, а уже духовного человека.
     Е. Литварь: Скажите, пожалуйста, у Вас много учеников?
     М. Лайтман: Да.
     Е. Литварь: Вы помогаете им советами или какими-то практическими действиями в воспитании их детей?
     М. Лайтман: Я думаю, что в основном это происходит интуитивно, так как люди, которые занимаются каббалой, сами по себе меняются, и естественным образом переносят это на своих членов семьи.
     Е. Литварь: Как Вы видите отношения в семьях Ваших учеников? Отличаются ли их дети от окружения, в котором они живут?
     М. Лайтман: Несомненно! Наши дети во многом отличаются от других детей. Вы среди наших детей не увидите никаких страшных отрицательных проблем: наркомании, всевозможных отклонений, разбросанности, вседозволенности,
     Дети оканчивают школу и идут дальше учиться, или выбирают специальность, заканчивают краткий курс по этой специальности, и работают. У нас есть уже несколько примеров, когда дети работают в наших организациях, потому что выросли здесь, знают хорошо материал.
     И мальчики, и девочки создают семьи, как правило, между собой, потому что у них общие интересы, они знают друг друга, родители знакомы, и им не надо искать кого-то со стороны. Они понимают, что на стороне ничего не найдешь. Им нужен партнер и по духовной, и по земной жизни.
     Это совсем другая система взаимоотношений между людьми, она не может быть пока примером для остальных. Но, по крайней мере, применима к воспитанию, потому что, если ты так воспитал ребенка, то можешь быть абсолютно спокоен, с ним ничего не произойдет.
     Я воспитал своего ребенка, как мне кажется отчасти, так как урывками виделся с ним, когда он приезжал домой из закрытого учебного заведения. Но, все равно, даже это мне позволило его воспитать так, что с 14-ти лет (сегодня он уже 20 лет живет далеко от нас) он принадлежит каббале и предан ей душой и сердцем. Он не может от этого никак уйти. Потому что это подняло его немножко выше всех остальных, он уже не может по-другому смотреть на мир.
     Я был абсолютно уверен, когда отпускал его, четырнадцатилетнего, от себя неизвестно куда (Англия, Северная Америка, Канада), что он ни в какие страшные переплеты не попадет.
     Е. Литварь: Дети, воспитанные по системе, о которой Вы говорите, отличаются чем-то от детей окружающего мира, например, здоровьем, они занимаются спортом? Могут ли такие мальчики защитить себя. Или они какие-то домашние?
     М. Лайтман: Нет, они не домашние и защитить себя, я думаю, смогут .
     Е. Литварь: Занимаются ли они спортом? Ходят ли в какие-то кружки?
     М. Лайтман: Вы были на крыше нашего центра? Вы видели, какой там спортзал? Так что, у них есть все эти возможности.
     М. Санилевич: Есть ли какая-то инструкция воспитания в каббале, каббалистическая книжка, где написано как воспитывать детей?
     М. Лайтман: Нет. Вот это вы и должны будете постараться выпустить.
     М. Санилевич: Почему до нашего времени никто этого не сделал?
     М. Лайтман: Каббала была закрыта, никак не проявлялась среди людей, никаким образом не раскрывалась. Сейчас у нас практически первый выход на сцену, что называется. И мы только сейчас начинаем раскрывать каббалу, чтобы объяснить, как создавать семью, как воспитывать детей, относиться к обществу, к правительству, к родным, к себе, к миру, к экологии и так далее.
     Только сейчас начинает постепенно появляться потребность рассказать об этом. Раньше такой потребности не было, потому что она вся была скрыта. Сегодня, когда люди обязаны взять науку каббала себе на вооружение, чтобы попытаться выжить в этом мире, начинают раскрываться из нее все ее возможности. То есть, практически, это инструмент, с помощью которого мы должны будем изменить нашу жизнь.
     Е. Литварь: Возникает такое ощущение, что каббала и каббалисты все время отвечают на потребность, на желание окружающих людей? Буквально, как Творец.
     М. Лайтман: Только лишь.
     Е. Литварь: Каббалисты, своё поведение, все время настраивают на Творца: «Как Он, так и мы»?
     М. Лайтман: А что может быть более совершенным?
     Существует природа. Ее самый высший, самый глобальный системный закон называется Творцом. Закон, включающий в себя абсолютно все остальные законы. Этот всеобщий закон и включает в себя живую, растительную, животную, человеческую природу, высшую природу всех миров, абсолютное совершенство, знание, взаимодействие, коммуникацию всех систем Мироздания, не только нашего мира, нашей вселенной, но и других вселенных и миров – все это называется «Творец». И вот это все раскрывается каббалисту.
     Естественно, что мера раскрытия этого общего закона, общей силы, общей системы, строит человека. Он формируется под его воздействием. Естественно, что он меняется, и только в соответствии с этим он и хочет меняться. В соответствии с чем меняться? Какие-то результаты какого-то пленума ЦК КПСС? Решения ООН? В соответствии с чем? Какой еще может быть эталон, кроме общего закона природы?
     Поэтому мы должны изучать природу и быть ей подобными, быть в ней интегральным элементом. Если я стану в ней интегральным элементом с моей свободой воли, с моей возможностью себя изменить под стать этой природе, я стану выше ее, стану как этот всеобщий закон природы, включающий в себя все, стану равным Творцу, и лишь тогда я буду называться «человек».
     Е. Литварь: Эту же систему ожидания как бы просьбы со стороны кого-то каббалисты употребляют и в системе воспитания ребенка? То есть ребенок сам должен попросить, тогда родитель ему ответит? Или родитель провоцирует желание ребенка в ту сторону, которую считает необходимой?
     М. Лайтман: И так, и так. Но в итоге, даже если это спровоцировано, воспитание должно исходить из потребностей ребенка. «Воспитывай отрока по пути его».
    
     ФОРМИРОВАНИЕ У ДЕТЕЙ ПРАВИЛЬНЫХ ЖЕЛАНИЙ
    
     Е. Литварь: То есть воспитание у каббалистов строится таким образом, чтобы у ребенка все время формировались правильные желания?
     М. Лайтман: Правильные желания, правильная их оценка и реализация, но в той последовательности и в той мере, в которой они из него сами исходят – это имеется в виду «по его пути». То есть у каждого человека есть свой путь, у каждого человека есть свои свойства, их надо только помочь ему правильно реализовать. Но, не коверкая его, не всовывая его в свое прокрустово ложе .
     Е. Литварь: То есть, если Миша поднимает штангу в 250 килограмм, я по-прежнему могу курить?
     М. Лайтман: Если ты считаешь, что это исправление.
     М. Санилевич: Вопрос такой: «Мои родители были со мной очень терпеливы, добры, мне удавалось выпросить у них практически все, что хотел. И я их, в общем-то, люблю. Хорош ли такой способ воспитания?»
     М. Лайтман: То, что ребёнок пользовался родительской любовью, чтобы выманивать из них всё, это его вдвойне испортило. Вдвойне! Во-первых, он эгоистически к ним относился, и, во-вторых, это его приучило всю жизнь получать то, что он хочет. Представляешь, как ему сейчас плохо в жизни! То есть, у него практически нет еще одной параллельной линии поведения. Только эгоизм с его стороны против их любви, только эта система работала. Вторая система ограничения, контроля не существовала. Как же можно управлять животным только одной вожжой? Для этого нам даны две линии.
     Другое дело, если сегодня по каким-то особым причинам он начинает это понимать и осознавать, тогда сможет это скорректировать. Ему потребуются, конечно, многие годы, для того чтобы с помощью каббалы прийти к правильной самореализации. То, что не дали родители, хотя у меня не было на это свободы воли - так они ко мне относились, мне придется после этого очень много дорабатывать.
     М. Санилевич: Допускается ли в каббале рукоприкладство в воспитании ребёнка?
     М. Лайтман: Конечно. В Торе (Библии) сказано: «Хосех шифто сонэ бно» – «Тот, кто удерживает себя от наказания (наказания, конечно, не зверского) сыну, тот его ненавидит». То есть наказание должно быть, – взвешенное, правильное, как я привел пример с бабушкой моего Учителя. Через два дня спокойно взять и наказать, чтобы у него сформировалось правильное отношение к проступку и к наказанию.
     Е. Литварь: Чему больше уделять внимание в развитии ребенка: спорту, т.е. здоровью или развитию его ума? На все не хватает времени.
     М. Лайтман: Я лично занимался духовным развитием сына, а физически развиваться послал его в секцию. Он у меня занимался каратэ, затем я купил ему велосипед и давал задания: допустим, за 30 километров от нашего дома живет мой приятель, езжай к нему, попей у него чашечку кофе, позвони мне оттуда и приезжай обратно домой. В десять-одиннадцать лет он выполнял такие задания. Я точно знал, что он это делает.
     Е. Литварь: Речь идет о том, что у ребенка нет времени. Сейчас в школах по семь-восемь уроков в день, потом домашние задания. Физически ни у ребенка, ни у родителей времени не хватает.
     М. Лайтман: А зачем это надо? Отдайте его в школу, где занимаются два-три часа в день. Он от этого ничего не проиграет.
     А что выигрывают люди, которые после школы идут в университет, после университета сидят по пятнадцать часов за работой, чтобы придти домой и лечь в постель? У них, возможно, дом большой, постель хорошая и все прочее, но они туда ложатся мертвыми, чтобы на завтра утром встать и снова пятнадцать часов в день сидеть за работой. Зачем?
     Пускай он будет каким-то простым человеком, не надо ему ничего хватать. Зато будет здоровым, и все будет нормально. И кто знает вообще, через пятнадцать лет, когда он станет уже взрослым, понадобятся ли все эти ваши сегодняшние науки? Естественно, что нет. Мир будет совершенно другим.
     Воспитывайте ребёнка нормально, правильно по средней линии – ни в одну, ни в другую сторону, пытайтесь согласовать все. Нельзя заниматься науками больше четырех часов в день, максимум. Максимум! Еще столько же дайте ему заниматься физическими работами, спортом, и столько же духовным чем-то – книги, телевизор, культура, каббала – всё вместе, понемножку.
     И вырастет у вас человек, в котором будет все. И это будет называться его образованием, это будет называться его воспитанием. А не то, что он будет всякие ваши «измы» учить по пятнадцать часов в день. Ну и что толку с них? Они сегодня меняются из года в год – уже на следующий год не годится то, что прошли год назад. Не надо гнаться за этим и за модой – отдавать ребенка, неизвестно в какие заведения, когда он из последних сил, пытается поспеть за остальными. Я считаю, что это ни к чему.
     Е. Литварь: А разве, для того чтобы человек смог изучить каббалу и выполнить все то, о чем Вы говорите, не нужен разум?
     М. Лайтман: Тот, которому обучают в школах? Никакого разума там нет – ни у учителей, ни у учеников.
     Е. Литварь: В школе ребёнок развивает ум. Больше видит, больше знает, становится интеллектуалом.
     М. Лайтман: Мы видим на сегодняшних людях, как они развиваются. Я сужу по результату. Что там развивается? Деградация происходит в человечестве со всеми вашими умными методиками обучения.
     Е. Литварь: Но как же так, ведь люди в космос летают!
     М. Лайтман: Да, летают. Ну и что? Становятся просто большими технарями и не более того. Людьми они от этого большими не становятся.
     Е. Литварь: Для того чтобы человек смог потом изучать каббалу, продвинуться ему не нужен разум?
     М. Лайтман: Нет, ничего не надо. Сделайте его просто обычным, нормальным, развитым в целом и восприимчивым ко всему человеком.
     Е. Литварь: Вы хотите сказать, что простой сантехник может заниматься каббалой так же, как выдающийся академик изящных искусств?
     М. Лайтман: С намного большим успехом.
     Е. Литварь: Почему?
     М. Лайтман: Потому что он не задавлен всевозможными науками, всевозможными условностями. Его все эти знания еще под себя не отштамповали, не сформировали, как какое-то там несчастное существо, которое знает только что-то в своем квадратике. Понимаете?
     Я не говорю сантехник в смысле чего-то такого низкого. Если он нормально развитый человек, если он получил нормальное школьное образование (обычное среднее образование), при этом занимался спортом, то он здоровый, нормальный человек. Он знает при этом немножко компьютеры, литературу, музыку, а теперь ещё и каббалу вы ему дали вдобавок. Из неё он знает устройство миров, устройство души, он знает цель мира, цель творения, как формируется и вместе существует наш мир, духовный мир, и он между ними и так далее. Чем же он хуже этого несчастного академика, который, может быть знает свои биномы, но кроме этого точно ничего не знает?
     Е. Литварь: То есть Вы все-таки считаете, что акцент в воспитании должен быть скорее на здоровье.
     М. Лайтман: Нет! На разностороннем развитии! То есть та же практика двух вожжей.
    
     НАДО ЛИ МЕДИКАМЕНТОЗНО ПОДАВЛЯТЬ ГИПЕРАКТИВНОСТЬ ДЕТЕЙ
    
     М. Санилевич: Что можно сделать, если в семье растёт гиперактивный мальчик?
     М. Лайтман: А что ты можешь сделать? Это проблема всего мира, это проблема нашего поколения – гиперактивные дети. Сегодня без ритолина в школу не пускают. Ритолин – это лекарство от гиперактивности. Без него в школу не пускают, потому что учителя не хотят иметь таких детей, которые не могут за партами усидеть. А дети не в состоянии. Что они могут сделать? Это их эгоизм, который в нашем поколении просто взрывается в каждом. Человек не в состоянии управлять собой. Что же делать с людьми?
     Современные школы не могут дать ребенку гармоничного воспитания. Дай им побегать, погоняй часок, после этого пускай отдохнут немножко, минут пятнадцать, затем посади их заниматься на два часа. Потом снова дай им часик побегать – но побегать абсолютно всем! И снова на два часа посади заниматься. У тебя получится нормальное воспитание!
     При этом «побегать» – обязательно с играми, в которых дети бы точно знали взаимосвязь друг с другом, что только когда мы связаны друг с другом, мы побеждаем. Формируется отношение друг к другу. То есть все это проделай с умом, чтобы учеба была более заинтересованная – не формальная. И все это можно сделать очень красиво. Любой человек захочет.
     М. Санилевич: Коллективные игры с мячом, да? Если я не передам пас, то мы проиграем.
     М. Лайтман: Да. Такого типа. Любые физические, в которых никто не может отлынивать, все понимают зависимость и обязанность друг перед другом – то есть игра сама, как элемент воспитания. Я думаю, тогда никакой проблемы не будет.
     А если ты хочешь его загнать, как ты говоришь, на восемь часов в день за парту – ну, кто же выдержит? Я бы не выдержал.
     Е. Литварь: Это сейчас такая система обучения.
     М. Лайтман: Я понимаю.
     М. Санилевич: У Вас просят каббалистических советов. Я так понимаю, что это советы общего развития?
     М. Лайтман: Это и есть каббалистический совет! Что же еще? Что родители могут ожидать от своего маленького ребенка?! Что я могу им сказать? Переделывать, воспитывать учителей? Ничего не сделаешь! Надо менять всю систему.
     Система у нас старая. С одной стороны у человека возросли потребности, а с другой, сама система косная, старая. А человек меняется (с новым эгоизмом), поэтому он находится между двух огней – он должен со старой системой, с новым возросшим эгоизмом, который не дает ему покоя, добиваться еще более высоких результатов. Ну, как же это возможно? Несчастный ребенок!
     Я бы своего ребенка из такого воспитания забрал. А зачем? Что в том плохого, если он будет пасти коней?
     М. Санилевич: Простите, но без образования не заработаешь сегодня денег на хлеб.
     Е. Литварь: Ни денег, ничего.
     М. Санилевич: То есть с восемью, десятью классами, без высшего образования сегодня не платят денег. А человеку надо содержать семью, иметь элементарные вещи.
     Е. Литварь: Он жениться не может. Если он будет пасти коней, то какая же девушка пойдет за него замуж? Она хочет дом, машину, квартиру, самолет, и так далее…. Когда Вы говорите «увеличивается эгоизм», Вы что имеете в виду? Внутреннее что-то?
     М. Лайтман: Эгоизм – как основа всего нашего естества. Я понимаю вас. Сегодня без этого всего действительно очень трудно в мире, но и мир надо, конечно, менять.
     Но все равно я бы своего ребенка пожалел. Выбрал бы ему какую-то более спокойную, нормальную специальность. И сегодня таких специальностей еще много. Не всем надо находиться на самых высоких должностях, во всевозможных современных компаниях. Я бы организовал ему четко жизнь, состоящую из духовной и материальной составляющих так, чтобы одна уравновешивала другую.
     Ни в коем случае, не пренебрег бы, конечно, нормальной зарплатой, чтобы можно было как-то содержать себя и семью, но только в необходимой мере. И самое главное, конечно, духовная составляющая. А что толку с этой жизни, если он ее хорошо прожжет? Или будет мотаться по международным конференциям, но что толку с этого? Пустота. Сплошнейшая пустота. Ярмарка тщеславия.
     Человек должен пользоваться этим миром, этой жизнью, иметь семью, детей, но главное – это, конечно же, духовное развитие. А без него, с чем он закончит свою жизнь? С тем, что был большим академиком? Чем его отблагодарят, тем, что венков много принесут на могилу? Для чего он живет?! Для того чтобы достичь цели – вечной цели творения. А потому, именно, из этого и надо исходить.
     Самое главное - цель! Она должна сразу же определять ваше отношение к жизни – соответственно ей вы строите всю свою жизнь.
     Я хочу выпустить какое–то определённое изделие на своем предприятии. Значит, я в соответствии с этим строю свое предприятие, чтобы в итоге у меня это изделие получилось хорошим – таким, каким я его сейчас задумал.
     То же самое я думаю и о жизни для своего ребенка. Что он в ней понимает? Я ему проектирую эту жизнь, не он же сам. Если я его веду до 20–25 лет, если не больше, то должен знать, что я хотел бы из него получить в итоге.
     Я ставлю впереди для него самое главное – духовную составляющую, потому что ради этого он живет! Я хочу, чтобы он не зря пришел в этот мир, а добился в течение своей жизни выхода на Высший уровень, и тогда он ощутит вечное, совершенное существование. В соответствии с этим, я планирую его жизнь: как его воспитывать, как он должен понимать ход своей жизни, организую рамки, в которых он должен существовать, от кого ему надо быть подальше, с кем надо быть ближе и так далее – я все пытаюсь это в нем сформировать.
     Мне, конечно, это трудно делать потому, что я его должен отдавать в детский сад, в школу, в университет или еще куда-то. И он находится постоянно в компании, в окружении, от которого набирается всего, но вместе с этим я ему должен показать, что духовная составляющая является главной, определяющей по сравнению со всеми остальными.
     И тогда, в соответствии с этим, мы и сформируем с ним общий план – куда он пойдет и что будет делать. И я не думаю, что после этого он захочет десять часов в день учиться в школе, после чего еще пять часов в день выполнять домашние задания. Затем, в такой же университет, на такую же работу, и так вкалывать до конца жизни.
     Зато, вроде, у тебя все есть, тебя уважают, ты сам себя уважаешь. А когда ты пользуешься этими плодами?! И куда они идут?!
     Я не против этого, но должно быть все уравновешено. Пятьдесят лет назад мне обещали, что когда я вырасту, люди будут работать по четыре часа в день. Тогда работали по восемь часов, а сейчас работают по двенадцать.
     Е. Литварь: Русскоязычный читатель задаёт вопрос: «Как мне духовно воспитывать ребенка? Что значит духовно помогать ребенку?»
     М. Лайтман: Русскоязычный читатель, слушатель, не может быть на нас в претензии. Нашим каббалистическим центром «Каббалистической академией» издано на русском языке больше, чем на любом другом языке (иврит, английский, французский и т.д.)
     Е. Литварь: Да, по-моему, около сорока наименований.
     М. Лайтман: Может быть, мы недостаточно работали над объяснением этих проблем: семья, дети, воспитание, поведение, строение общества, поведение в школе, и так далее. Но поскольку только сейчас в человечестве обнаруживаются эти миазмы, эти пороки, поэтому мы начинаем их обговаривать и выяснять, что же об этом думает каббала – показывать людям, как она предлагает против этого действовать.
     Е. Литварь: Где человеку взять систему воспитания ребёнка, в которой будет присутствовать каббала?
     М. Лайтман: Человечество придет к необходимости внедрить систему образования, в основе которой будет наука каббала. Её будут изучать и в детском саду, и в школе, и в высших заведениях. Несомненно, к этому придет человечество! Большей или меньшей кровью – это я не знаю. Это уже зависит от разума наших политиков, чиновников, от системы образования и прочих. Но к этому придут, никуда не денутся. Это – объективная реальность.
     Эгоизм растет. Справляться с ним мы не можем. Потихоньку начинает вырисовываться наука каббала, которая предлагает рецепт, причем абсолютно четкий, для решения всех проблем мира, потому что в основе всех проблемах мира лежит только эгоизм. Наука каббала предлагает единственное решение, как можно постепенно исправлять этот эгоизм – делать его добрым, правильным в использовании. Другой системы нет. Поэтому придется брать ее – эту науку и обучать людей тому, что им самим с собой делать!
     Каждый должен это знать. Каждый должен будет этому обучаться. В школе? Да, в школе, в детском саду, в высших учебных заведениях, конечно же, дома, по телевидению, радио. Каббала придёт к каждому человеку через все возможные средства влияния. И он захочет! Потому что захочет выжить.
     А мы, в свою очередь, должны постараться до этого времени сделать все возможное, чтобы прописать методики воспитания, образования, взаимодействия между людьми в культуре, науке, искусстве, в поведении между собой, в общественных организациях, международных отношениях – во всем. Чтобы люди понимали, как правильно применять каббалу к своему эгоизму, дабы он перестал быть разрушителем мира. Попытаемся это сделать. Это наша задача. Я так ее понимаю.
     Е. Литварь: И все-таки, зритель сейчас спрашивает: «Что бы ему почитать ребенку, как его развивать?»
     М. Лайтман: «Сказку о мудром волшебнике».
     Е. Литварь: Что почитать ребёнку, который ходит в школу?
     М. Лайтман: Всевозможные наши статьи.
    
     ДЕТИ И НАРКОТИКИ
    
     М. Санилевич: Как научить детей не начинать пользоваться наркотиками? «Как каббала может помочь в этом?»
     Е. Литварь: Это проблема не только школ. Она существует где угодно. Сейчас невозможно никуда ткнуться, чтобы тебе не протянули наркотик. Причем на твоем же горизонтальном уровне, то есть свои же ребята. Или сверху взрослые. Откуда угодно!
     М. Лайтман: Меня, таким образом, научили курить. Я не хотел курить. Кто хотел? Мне толкали и толкали, предлагали: «На, на, закури», – кстати говоря, один из них, мой бывший школьный друг профессор, сердечник, но продолжает курить по две пачки в день. Он меня буквально заставил курить. Я помню, мне было уже лет 14. Я занимался спортом, в частности, бегом. Я и после этого, несмотря на то, что курил, в институте занимался бегом на пять тысяч метров. Я не хотел начинать курить, но компания заставила и приучила. Я несколько раз бросал: на 5 лет, на 7 лет, и последний раз бросил только полгода назад в 60 лет.
     А с наркотиками еще хуже: привыкание намного страшнее.
     Е. Литварь: Действие ужасное. Идет же полная деградация молодежи.
     М. Лайтман: Почему люди к этому приходят? Почему они становятся зависимыми от общества, которое им их предлагает? Почему они не могут приподняться выше?
     Наркотик – это совершенно отдельная тема, и мы ее разбирали много раз. В принципе тема новая, хотя сама по себе старая. Наркотики были известны еще десять тысяч лет назад, но стали входить в массовое употребление в наше время.
     Человек приходит к наркотикам только потому, что не может ничем другим заглушить в себе какие-то очень серьезные потребности. Почему молодежь, которая абсолютно не ощущает никаких недостатков в удовлетворении своих самых острых потребностей, вдруг принимает наркотики?
     Эгоизм настолько развит, настолько требует наполнения, насыщения, что ничего окружающее его наполнить не может. Все вроде бы есть, но нет у меня чего-то внутри, я сам не знаю чего. Вот есть такое чувство, что–то грызет изнутри.
     Я много раз бросал курить. Я знаю это чувство, когда не покуришь несколько часов (в самолёте или ещё где-нибудь). И наконец-то затяжка. Противная-противная. Но никуда не можешь деться. Я это говорю к тому, что человека сегодня уже нельзя наполнить земными наполнениями. У него все равно грызет внутри так, что от этого внутреннего жучка, который его грызет, этого «солитера», только наркотик отключает. Вот в чем проблема!
     Проблема не в том, что наркотики предлагаются везде, они и раньше предлагались, и при этом ничего не стоили, а сегодня наоборот стоят не дешево. На этом миллиарды делают! В действительности наркотики – самое дешевое, что есть в мире. Глупость, сколько они стоят? Они очень дешевые, но на рынке дельцы накручивают на них такие цены.
     Вся проблема в том, что у человека уже существует к этому внутренняя потребность – не к наркотику самому, а к какому-то духовному наполнению, к какому конкретно он не знает, но потребность внутри него уже сидит. Это сегодня зарождается у всех у нас .
     Е. Литварь: У человека внутреннее стремление к духовному, а он закрывает это наркотиком?
     М. Лайтман: Конечно.
     Е. Литварь: Какая связь, между духовным и наркотиком?
     М. Лайтман: А он не знает, что тянет его к духовному. Не знает! Он просто ощущает в себе, какую-то дополнительную внутреннюю пустоту. Ощущает! Поэтому есть эта предрасположенность.
     М. Санилевич: Если человек приобщается к наркотикам просто за компанию?
     М. Лайтман: Не важно! Это только говорится, что «за компанию». Все равно в нем существует эта внутренняя предрасположенность. Мы не понимаем, недооцениваем развитие эгоизма в наше время среди людей, среди детей. Ритолин, который сегодня дают детям, – лекарство против гиперактивности – это разве не наркотик? Это лекарство, которое постоянно успокаивает, бьет по голове ребенка, зажимает его.
     Е. Литварь: Оно вводит в депрессию?
     М. Лайтман: Я не хочу вдаваться в механику его действия. На эту тему есть огромное количество статей, работ, исследований. Там не все так гладко. Эта проблема еще всплывет. Но сегодня удобно использовать ритолин.
     Наркотики отключают человека от мира, от жизни, от действительности – в этом их огромный вред. А что хорошего от того, что эти люди, которым нечего делать в жизни, подключены к ней? К какой жизни они подключены? Они от нее хотят отключиться.
     Дайте им другую жизнь! Дайте им цель. Сегодняшняя жизнь, сегодняшний мир не дает человеку цели. Мы же видим, что происходит: какая отрешенность, самоубийства, депрессии, от такой жизни любой человек войдет в наркотики.
     Е. Литварь: Что нам сказать сотням тысяч матерей, которые задают этот же вопрос?
     М. Лайтман: Кроме того, что я им сочувствую, только одно – найти для ребенка место, где бы он занимался каббалой. Наши дети не занимаются наркотиками. Гарантирую. Потому что у них есть чем заполнить себя. У них есть внутреннее наполнение.
     Мы должны понять, что находимся внутри сферы, которая называется «природа». И внутри этой природы мы существуем.
     Е. Литварь: Не видя этого?
     М. Лайтман: Не видя, конечно. На все мои внутренние потребности существует наполнение, только мне надо правильно сопоставить себя с наполнением. У меня есть много всевозможных желаний, потребностей. Если я правильно ими распоряжусь, то найду себя в гармонии с природой и их наполню. Вся проблема в том, что мы не знаем, как себя наполнить. Наполнению обучает наука каббала – наука получения.
     Е. Литварь: Под «наполнением» Вы имеете в виду «удовлетворение»?
     М. Лайтман: Удовлетворение своих желаний. Всех. На любых уровнях: ментальных, физических, психосоматических, неважно каких. Надо знать, как их наполнять. У человека есть эти желания, они возникают и растут все больше и больше, из поколения в поколение, но он не понимает, как их наполнить, и входит в депрессии, поэтому сегодня это – первая болезнь мира. Человек употребляет наркотики, потому что не знает каким образом избавиться от неудовлетворенности. И это уже с малых лет ощущается в людях.
     Мы не понимаем детей, да и они сами себя не понимают. Но дети ощущают пустоту под всеми оболочками, которые у них есть: разные встречи, вечеринки, а внутри пустота, боязнь – если не буду как все, то что я буду делать и так далее. То есть у ребенка, человека отсутствует свое «Я», свой базис. Вот этого-то ему и не дали. А откуда? У родителей его не было. Учителей нужных нет, а те, которые есть - такие никудышные, поэтому-то и не к кому обращаться.
     Каббала - это единственная методика, которая учит как наполнить себя правильно, комфортно, не во вред другим, и в то же время находиться в состояние гармонии.
     Е. Литварь: Не возникнет ли у людей такое впечатление, что какую бы тему мы ни затронули, мы все время говорим: «Каббала. Каббала. Каббала».
     М. Лайтман: Да. Конечно.
     Е. Литварь: Может мы с Вами зарабатываем на этом?
     М. Лайтман: Зарабатываем.
     Е. Литварь: Я имею в виду деньги.
     М. Лайтман: Я тебе скажу, какие деньги я могу на этом заработать. Если бы после этой книжки, я бы мог еще продавать таблетки, то тут бы я заработал. Но после этого нечего продавать. Идите в издательство, которое издало книжку, купите у него эту книжку, узнайте, сколько это издательство платит мне. По-моему я от него ничего не получил. Какой может быть бизнес, если полностью открыт наш интернетовский сайт, и там выставлены абсолютно все книги.
     Е. Литварь: И можно их бесплатно читать сколько угодно?
     М. Лайтман: Бесплатно читайте! И больше вам ничего не надо.
     Е. Литварь: Что Вас ведет, когда Вы все время пытаетесь людям показать, что есть каббала, что за ней что-то скрывается, что, изучая ее, человек движется к чему-то, находящемуся вне рамок нашего мира?
     М. Лайтман: Человек, ощутивший совершенство, которое может дать постижение Высшего мира, настолько проникается необходимостью такого существования, что не может не желать этого другим, понимая явно, что наш мир подталкивается к этому всеми мыслимыми и немыслимыми страданиями.
     Наша замкнутая, глобальная природа устроена так, что толкает человечество всяческими страданиями к освоению правильного взаимодействия между собой, чтобы жить по законам этой природы. Это и называется «наука каббала» – правильно получать от природы все, что в ней для тебя приготовлено.
     Другого выхода нет. Рано или поздно, это так и будет. Проверьте! Все открыто для Вас. Все бесплатно. Никто вас никуда не гонит, никто вас никуда не тянет ни сначала, ни потом. Все для вас открыто. Это обычный вопрос: «А зачем же им это надо?»
     Е. Литварь: Да.
     М. Лайтман: Мне даже нечего сказать. Зайдите сами и посмотрите.
     М. Санилевич: Если бы об этом говорили несколько десятков человек, профессоров, а то Вы один.
     М. Лайтман: Действительно, получается, что сегодня об этом уже говорят, но ведущий и создающий всю эту систему – это я. А когда в мире было по-другому?
     Е. Литварь: Был Иисус Христос. Он был один, но недолго. А после него организовалась церковь, которая за какие-то 100-150 лет покрыла весь мир. И теперь в каждой деревне, в каждом поселке сидит свой распространитель. Нас семь миллиардов, а Вы один. Вы что самый умный что ли?
     М. Лайтман: Какого ответа вы от меня ждёте? «Где тут обман? Что под этим кроется?
     Е. Литварь: Я хочу, чтобы Вы доказали, что нет заинтересованности – ни личной, ни общественной.
     М. Лайтман: Тогда давайте будем брать с каждого за урок, допустим, 50 рублей. Люди будут знать, что для этого мы работаем, и вопросов не будет. Когда бесплатно, всегда есть вопросы: «Зачем им это надо? Кто им платит?
     Е. Литварь: Если брать по 50 руб., нас зачислят в категорию продающих красные нитки. Есть чёткий, прямой вопрос: «Скажите, каббалисты такие же мошенники, как и все прочие?»
     Понимаете, не верят люди! Природа эгоизма такова, что если эгоизм не видит выгоды, он не понимает, ради чего человек суетится.

     М. Лайтман: Но есть еще и другая выгода. Она выше эгоистической и её не пощупаешь. Я вам скажу, зачем мне это надо: "Я эгоистически хочу всех затащить в каббалу".
     Е. Литварь: А что Вы с этого будете иметь?
     М. Лайтман: Если все освоят Высший мир, если мы будем жить в открытом обществе, которое будет охватывать и Высший духовный мир и наш земной вместе, то тогда мы будем жить в объеме бесконечности, гармонии, совершенства, вечности. И я, и вы, и все остальные. До тех пор, пока этого не будет с вами, со мной тоже не будет.
     Е. Литварь: А! Вы зависите от нас?!
     М. Лайтман: Конечно.
     Е. Литварь: Значит, Вы можете оказаться в этом состоянии только тогда, когда и я там буду?
     М. Лайтман: Я его чувствую, но оказаться в нем полностью я могу только вместе с вами. Здесь мы одной ниточкой связаны.
     Е. Литварь: Значит, я Вам нужен?
     М. Лайтман: Да, вы мне нужны.
     Е. Литварь: Но Вы не сказали самого главного . Получается, что у Вас есть некая заинтересованность быть счастливым так, как Вы это видите. И Вы теперь тянете все человечество на свою сторону, потому что Вы хотите быть таким счастливым.
     М. Лайтман: Да.
     Е. Литварь: А я, принадлежа к другой стороне человечества, считаю, например, что ходить и охотиться на белых лебедей значительно интересней и приятней, чем заниматься Вашей наукой.
     М. Лайтман: Но никуда вам от этого не деться, все равно, наука каббала возьмет свое. Эгоизм развивается, все страдания в мире для того, чтобы подтолкнуть вас к ее использованию, к реализации и с помощью этого прийти к совершенству. Нет никаких других вариантов. Не сегодня, так еще через пятьдесят, сто лет. Какая разница?! Все равно, осталось недолго.
     Е. Литварь: Вы говорите так: "Я узнал, что такое настоящее счастье и удовольствие, я его ощутил, я знаю, что мы все всё равно там будем, я вам предлагаю, чтобы мы там были раньше, а не позже, не болезненно, а в удовольствие". Вы это предлагаете?
     М. Лайтман: Да. Очень правильно сказано.
     Е. Литварь: И не берете за это деньги?
     М. Лайтман: Я же и для себя тоже хочу, чтобы это случилось. Что же я могу сделать? Это подобно тому, как мне надо доехать до какой-то остановки, где мне будет хорошо. Но для этого нужен поезд, чтобы доехать, а я сам не могу его снять. Мне нужны ещё люди.
     Е. Литварь: Чтобы они купили билеты.
     М. Лайтман: Чтобы они купили билеты. Там будет всем хорошо, но я там тоже должен быть и в первую очередь. Сейчас это понятно?
     Е. Литварь: Да, абсолютно! Проще говоря, ребенок хочет оставаться на уровне детского сада, играть в песочнице, в машинки, и никто его не спрашивает: хочешь – не хочешь, первого сентября марш в школу! Будешь учиться плохо, получишь наказание. То есть в любом случае он будет делать то, что необходимо.
     М. Лайтман: Конечно.
     Е. Литварь: Система Высшего управления, которую Вы иногда называете природой, она жесткая?
     М. Лайтман: Она не жесткая, а наоборот, по мере того, как человек ее осваивает, он в ней чувствует себя свободным.
     Е. Литварь: Я имею в виду, относительно тех, кто, как дети упрямятся и не хотят учиться.
     М. Лайтман: Если мы выпускаем сейчас человека, как зверя из клетки в наш мир, где: это можно – это нельзя, на светофор нельзя переходить, это нельзя делать, не бери, не укради и т.д. Он чувствует себя в этом, как затравленный зверь. Со всех сторон, чуть что, штрафуют, бьют, сажают, грубят, ругаются. Человек не знает куда деться. Потом ему вдруг говорят: «Иди сюда на недельку. Мы тебе все объясним». Все ему объясняют, «воспитывают», потом он снова выходит в мир. И ощущает себя свободным, так как получил внутреннюю установку, как себя вести, и чувствует, что это на него не давит, это, наоборот, для его пользы – переходить на зеленый свет, не воровать, там что-то сделать, тут что-то получить.
     Чем же изменился мир?! Он не изменился. Человек изменился. Человек получил внутри правильную программу взаимодействия с окружающей природой и чувствует себя свободным, а до этого чувствовал себя, как зверь в клетке.
     Вот это дает нам каббала – понимание природы, что можно делать, а что нет. И ты ощущаешь себя в мире Бесконечности – в совершенстве, в гармонии, потому что ты правильно настроился на все эти возможности. Ты представляешь, если в наш мир впустить дикаря, какой он будет несчастный? А научи его, и ему будет удобно, он без этого прожить не сможет.
     Так что же тут должно произойти? Настройка человека на правильное понимание природы – в какой природе, в каком мире мы живем, какое общество мы должны сделать, как должны между собой взаимодействовать – это все должно находится в соответствии с природой, в которой мы существуем.
     Мы все – как маленькие раненые зверьки, которые создали вокруг себя жуткие отношения. Надо посмотреть на окружающий мир, на окружающую природу. В ней есть все законы нашего поведения – и между собой на человеческом уровне, все есть в природе. Научись у нее, и ты сделаешь свою жизнь такой же, как сама природа – вечной, бесконечной, гармоничной, совершенной.
    
     ГЛАВНОЕ - ЭТО ДУХОВНОЕ ВОСПИТАНИЕ ДЕТЕЙ
    
     Е. Литварь: Матери, слушающие нас или смотрящие передачу, внимательно ловят каждое Ваше слово и задают Вам вопрос: «Посоветовали бы Вы своей дочери учить детей с раннего возраста каббале?»
     М. Лайтман: Сына я бы заставил. Дочь заставлял бы меньше, потому что девочка и к ней несколько другие требования.
     Е. Литварь: Дочь, которая уже мать?
     М. Лайтман: Две моих дочери – одна делает докторат по биологии – будущий доктор биологии, вторая – по философии, пишет докторскую по каббале, обе связаны с каббалой, и обе понимают, о чем речь.
     Е. Литварь: У них есть дети или еще нет?
     М. Лайтман: Еще нет.
     Е. Литварь: Если у них будут дети, Ваши внуки, Вы им скажете: «Учи их Каббале»?
     М. Лайтман: Обязательно.
     Е. Литварь: Значит, Ваш совет матерям, чтобы они, позанимались немножко каббалой, чтобы понимать, о чем идет речь, и начали учить своих детей?
     М. Лайтман: Да.
     Е. Литварь: Это главное в воспитании?
     М. Лайтман: Это вообще главное у человека в жизни! Все остальное ничего не стоит! Ради этого мы существуем в этом мире! Пятьдесят, семьдесят лет – сколько мы существуем, только для того, чтобы выйти из него в Высший мир, а не прожить и уйти вниз. Прожить и уйти вверх! В этом вся разница.
     Мы же понимаем, чем земная жизнь оканчивается. Кладбищем. А выход может быть из нее в Высший мир. Ощущение вечности, совершенства, которое ты начинаешь получать от взаимодействия с природой, находящейся выше эгоизма, оно не пропадает.
     Е. Литварь: До кладбища?
     М. Лайтман: Конечно.
     М. Санилевич: Даже если человек прочитает всю книгу, ему не покажется простым делом научиться взаимодействовать с остальными людьми, с природой.
     М. Лайтман: Я понимаю, что после того как в течение всей истории человечества появились миллионы, миллиарды книг, трудно убедить его, что в этой книге что-то есть. Но человечество ведь верит в Библию (в Тору).
     Е. Литварь: Но не так, как мы с Вами.
     М. Лайтман: Не важно. Что угодно можно говорить, но Библия, то есть «Ветхий Завет», является духовной основой человечества! Переделывай Его сколько хочешь, надстраивай над ним сколько хочешь – она основа, с нее все началось! Так вот, каббала является основой Библии.
     Е. Литварь: То есть каббала была до Библии?
     М. Лайтман: Да, до Библии. Она является ее основой. Она является внутренним смыслом, тем базисом, на котором написана Библия, и это – не новая книга у человечества. В каббале раскрывается внутренняя тайная часть Библии. Поэтому она и называется «тайная наука». События, которые якобы происходили в нашем мире и рассказанные в Библии языком аллегорий, каббала описывает в строго научном внутреннем виде: взаимодействие сил, взаимодействие душ, и поэтому она является основой. Это внутренняя часть, самое ценное, что вообще есть у человечества.
     То есть это самая духовная, самая внутренняя часть всего, что есть в нашем мире, на чем он держится. Вот, как Библия является духовной основой всего, так и каббала является основой Библии. Вы понимаете, какая книжка вам предлагается?
     Е. Литварь: Она волшебная? Я не имею в виду сказку.
     М. Лайтман: Конечно волшебная, потому что она при чтении меняет человека. Она вызывает на читающего её – Высший свет, который его осветляет, который его исправляет.
    
     ЧТО ТАКОЕ ВЫСШИЙ СВЕТ?
    
     М. Лайтман: Энергия, которая поднимает человека немножко над нашим миром, и он начинает на все смотреть Свысока. Он не смотрит вровень с остальными – наркотики, как украсть, как–то прожить, он смотрит немножко Выше, и этим он уже считается человеком.
     Е. Литварь: Когда Вы говорите «человек в человеке», Вы именно это имеете в виду?
     М. Лайтман: Да. Именно она и формирует человека в человеке.
     Е. Литварь: И эта сила – в этих книгах?
     М. Лайтман: Да.
     М. Санилевич: Зайдя в магазин, человек может увидеть сегодня массу книг по каббале. Это могут быть различные авторы. Есть разница в авторах, или он может выбрать любого?
     Е. Литварь: Я лет семь учил каббалу и перечитал массу книг, но не мог отличить, какая из них мне нравилась больше.
     М. Лайтман: А чего Вы пришли к нам?
     Е. Литварь: Я везде зашел в тупик, везде. Тринадцать лет занимался эзотерикой и там зашел в тупик, мне уже некуда было вообще идти. У меня было: либо – каббала, либо – ничего.
     М. Лайтман: Я не могу сам себя рекламировать. Но могу только сказать одно, что в истинной каббале есть у нас пять источников:
     первый источник от праотца, патриарха Авраама (первый каббалист),
     второй – от Моисея, "Пятикнижие" (Библия, Тора)
     третий – от раби Шимона, книга «Зоар»,
     четвертый – от Ари (это уже XVI век) и
     последний – от Бааль Сулама (XX век).
     Вот эти пять авторов, они, вне всякого сомнения, являются основоположниками и истинными знатоками каббалы. Их книги мы изучаем. Все остальные могут быть вспомогательными в какой-то мере, но лучше их не касаться. Вот и все, что я могу сказать.
     И с этим согласны все каббалисты. Каббала - это эти пять источников. Их я могу точно рекомендовать нашим слушателям. Другое дело, что на русском языке их нет. Для этого есть книги Лайтмана. Ну, что сделаешь? Лайтман.
     Но Лайтман взял статью «Введение в книгу «Зоар» (статья называется «Введение в науку каббала» – это одно из введений в книгу «Зоар») и сделал из них книгу «Наука каббала». То есть эта книга – перевод вступительной статьи в книгу «Зоар». Конечно, это – серьезная работа и серьезная статья. И это – не просто статья. Здесь у вас есть в конце книги всевозможные графики, всевозможные чертежи и так далее. То есть, это серьезный научный труд, не простой.
     Е. Литварь: У меня дома стоят три книги, которые называются «Зоар», «Зогар» и «Зохар». Эти книги от разных переводчиков. Чем Ваш перевод отличается от их перевода?
     М. Лайтман: Это не перевод. Эта книга является первым томом книги «Зоар». Книга «Зоар» с комментариями – это где-то 10 или 20 томов, в зависимости от издания. Первый том – он самый главный. Он в себе содержит в сжатом виде все остальные тома, в том числе и по своему энергетическому наполнению, и по своему объяснению.
     Так вот, эта книга является переводом первого тома книги «Зоар» из десятитомника. Кроме того, она снабжена комментариями, объяснениями, которые я получил от своего Учителя. Так что, я не думаю, что в мире сегодня на русском языке есть книга, которая бы объясняла в четком, правильном, истинном виде, включая пояснения, объяснения, графики, чертежи, вычисления – все то, что относится к науке каббала, и в то же время все, что относится к ее внутренней, скрытой как бы мистической части, что излагалось бы где-то еще вот так, как в этой книге.
     Я ею просто горжусь. Я действительно горжусь тем, что смог так ее написать. «Написать» – в принципе, перевести и дополнить тем, что получил от своего Учителя.
     Так что, это книги серьезные, сложные. Но не их мы призываем учить наших слушателей, и вообще их не надо учить. Это уже книги для специалистов, которые как в любом другом виде человеческих знаний хотят углубляться, расширяться, преподавать. А для обычных людей достаточно книг, которые бы рассказывали просто о самой каббале, как человек должен согласно ей себя вести.
     Например, следующие статьи, я их сейчас перечислю. «Назначение каббалы». «Дарование каббалы». «Совершенство и мир», то есть, как наш мир может быть совершенен. «Свобода воли» – где человеку отыскать свою свободу воли, как определить, свободен ли он или нет. «Сущность и цель каббалы» – что же это за наука, для чего она мне нужна, нужна ли она мне вообще, в чем ее цель, что она хочет от меня. «Язык каббалы» – почему она говорит таким особым языком, что мы в ней вроде бы ничего не понимаем, нам нужен особый ключик, чтобы начать понимать. «Условия разглашения тайн каббалы» – что это за тайны, почему нужны какие-то условия, каким образом можно подступиться к ним. «Некоторые распространенные вопросы». «Каббалистические понятия» и так далее.
     То есть здесь объясняется в популярном виде, но в достаточном для того, чтоб человек мог и далее осваивать уже для себя, применительно к себе, практически эту науку и улучшать свою жизнь.
     Для того чтобы пользоваться компьютером, телевизором, не надо быть профессором. Надо просто покрутить пару ручек и наслаждаться этим. То же самое и здесь – знай такую одну-две книжки, почитай их, это тебе будет достаточно, для того, чтобы сделать свою жизнь и жизнь своих детей полноценной.
    Поставьте оценку: 
Комментарии: 
Ваше имя: 
Ваш e-mail: 

     Проголосовало: 140      Средняя оценка: 1